Меч, Корона и Посох. Часть II "Корона"

Хоть он знал бабушку своего лицейского друга уже как минимум лет сорок, тем не менее, он всё ещё не мог привыкнуть к её манере командовать всем и вся. Немудрено: ведь бабушка Аквилегия была старейшим из ныне живущих Гамильтонов, и многочисленное семейство этой фамилии чтило и уважало её.

Участники посольства мирно и спокойно пообедали, сидя на берегу реки посреди зелёного луга. По-видимому, место было уединённое; это было заметно по девственно нескошенной траве, которую с удовольствием жевали лошади, а мэгляндцам и девонам было мягко на ней сидеть.

За обедом Эйрент убедился, что языковой барьер между мэгляндцами и девонами день ото дня становился всё тоньше, и участники мэгляндского посольства всё больше и больше поддерживали разговор с бароном Дио-Ринмаром, маркизом Корангардом, графом Гринтаргом, остальной охраной посольства и кучерами фургонов. Да и мэгляндский язык постепенно переставал быть для девонов тайной за семью печатями.

— Эх, хорошо бы научиться ездить на лошади, — облокотившись на локоть, мечтательно произнёс Алдор, восхищённо разглядывая пасшихся лошадей.

— Я не вижу в этом препятствия, монсэр Вильморен, — улыбнулся барон Дио-Ринмар; казалось, он теперь не нуждается в переводе. — Когда мы приедем на ночлег, мы займёмся этим. Монсэр Гамильтон, не желаете ли тоже?

Вдруг ничего не подозревавший Эйрент получил тычок между лопаток, так что его голова метнулась вперёд. По-видимому, барон воспринял это движение как кивок и сказал:― Отлично!

Так Эйрент благодаря бабушке Аквилегии записался на уроки верховой езды на лошадях.

Через час все снова были в пути. Снова лёгкое покачивание фургонов, снова мягкое постукивание лошадиных копыт. И всё те же виды равнинного Девонгландена за окнами фургонов.

— Где будет ночлег? ­— поинтересовался господин Греневелд. — Господин Лебланель говорил что-нибудь по этому поводу?

— Говорил, — охотно ответил ему господин Челсинг, соседом которого на обеде был сам руководитель посольства. — Следующая остановка будет у нас в монастыре.

— В монастыре?! — громко переспросили остальные пассажиры фургона.

— А что в этом такого? — пожала плечами бабушка Аквилегия, чьё девонское происхождение давно не было секретом ни для кого из участников посольства. — У нас в монастырях часто останавливаются путники.

— Но, — начал Гамер, который был католиком, — это же не христианский монастырь?

— Да, Гамер, — не стала скрывать бабушка Аквилегия, — это касторианский монастырь.