Меч, Корона и Посох. Часть II "Корона"

— Что за привар такой? — поинтересовался Гамер, знавший толк в напитках. В редких письмах его младший брат Брион писал Эйренту, что Гамер часто экспериментирует с напитками, и семья хвалит его эксперименты.

— Это напиток из ягод, мёда и настоев трав, — сообщила ему бабушка Аквилегия.

— Звучит соблазнительно, — улыбнулся Гамер.

Пока они ждали заказанную еду, народа в зале прибывало. Кого там только не было! И дворяне, которых выделяли висевшие ножны меча, и касторианские священники в длинных жёлтых одеяниях, и купцы, которых можно было отличить по добротной, но не всегда нарядной одежде, и отсутствию на боку меча; а может быть, это были и зажиточные крестьяне — кто их разберёт…

Очевидно, заведение пользовалось популярностью именно по вечерам, и Эйрент с его спутниками умудрились попасть сюда в разгар наплыва посетителей.

Девушки-разносчицы сбились с ног, бегая по залу и собирая заказы.

Наконец, Эйрент и его друзья дождались свой заказ и, сильно к тому времени проголодавшись, набросились на еду.

Да, в этом заведении готовили на славу! Мэгляндцы пообещали себе, что потом снова придут сюда.

Тем временем, на небольшую сценку в противоположном мэгляндцам углу вышли музыканты: два скрипача, флейтист, арфист и барабанщик. Присутствующие зааплодировали; мэгляндцам ничего не оставалось, как сделать то же самое. Музыканты принялись играть, а арфистка — и петь. Хотя слова песен мэгляндцы, кроме Эйрента, бабушки Аквилегии, и с ними барона Дио-Ринмара, либо не понимали, либо понимали с трудом, музыка им всем показалась очень приятной.

Дверь в трактир распахнулась, и в харчевню вошли два дворянина: один постарше, другой помоложе. Они были одеты, как обычные девонские дворяне: камзолы дорогой ткани, кружевные жабо, башмаки с покрытыми драгоценными камнями пряжками: словом, что Эйрент привык видеть на своём друге бароне Дио-Ринмаре. Дворянин постарше на первый взгляд казался ровесником барона Дио-Ринмара, но усталый взгляд печальных чёрных глаз и пролегшие поперёк лба морщины прибавляли ему как минимум лет пять.

Его спутник был его полной противоположностью: молодой человек казался бы девушкой, если бы не аккуратно подстриженные усики, острые кончики которых выдавались за линию щёк.

Дворяне оглядели помещение ресторана и переглянулись. Затем старший глазами показал младшему на столик, за которым сидели мэгляндцы, тот кивнул, и оба направились прямо к участникам посольства.