Меч, Корона и Посох. Часть II "Корона"

— Монсэр Гамильтон, думаю, вы приедете потом ко мне в гости и всё увидите!

— Непременно! — пообещал старому другу Эйрент.

Ещё полчаса пути, и фургоны мэгляндского посольства подъехали к северной заставе города Барден. Возле неё дежурили точно такие же стражники, что и в Горданте, только на их кирасах герб был, естественно, совершенно другой.

Процедура впуска в город оказалась, вопреки ожиданиям, очень простой. Господин Лебланель показал начальнику стражи приказ и охранную грамоту короля, и тот воскликнул:

— Это большая честь принимать в нашем городе ваше посольство с охранной грамотой его величества! Сейчас известим его светлость феродора Бардена герцога Дартала.

Начальник стражи тут же послал одного из стражников к вышеупомянутому феродору. Тот вскочил в седло и тут же ускакал. Фургоны посольства въехали за ворота заставы и остановились. Мэгляндцы, находясь на своих местах, принялись ждать, что им скажет феродор; возле фургонов остались стоять господин Лебланель и при нём Эйрент как почти бессменный переводчик.

Через час вернулся посланный к феродору стражник. Участникам посольства было разрешено занять четыре из шести имеющихся в городе гостиниц с трактирами при них. Когда участники посольства покинули фургоны и забрали свои вещи, они сразу же распределились, кто в какой гостинице будет проживать до завтра. Дальше они сели в фургоны уже в соответствии с этим распределением.

Поехали дальше. Эйрент теперешние его четырнадцать спутников, в состав которых вошли все его прежние соседи по фургону, ехали по городу Бардену.

Этот город, кроме размера, ничем не отличался от Горданта: он был немного меньше, но, судя по зданиям, был населён исключительно дворянами и купцами.

Их фургон подъехал к нарядному строению в три этажа. Крыша имела тёмно-коричневую черепицу; точно такого же цвета были уютные балкончики под каждым окном. Гостиница называлась «Добрый Барден» и, казалось, оправдывала своё название уютными светло-зелёными стенами.

Эйрента и его спутников провели в три комнаты на пять человек каждая.

В отличие от дома старосты горной деревни, обстановка здесь была весьма уютной: на полу пёстрый пушистый коврик, на окнах вышитые занавески, напомнившие путешественникам фату дочери старосты в горной деревне, а стены были украшены нарисованными листьями.

— Добро пожаловать, гости дорогие! — сказала гостиничная служанка, — Располагайтесь!

— А где можно будет перекусить? — спросил господин Циммерман.

— Не беспокойтесь.