Девиз Рыцаря том 3 Mea Culpa

Вот Амори и продолжил язвить.

-Мы все жестоки, когда речь идёт о войне, - развёл руки Вильгельм. - Разве вы не такой?

Юноша вспомнил, как, не раздумывая, прикончил подонка Ливерда, а потом приказал скинуть его труп со стены в ров. А ещё как рубил безжалостно прокажённых, которые в лепрозории шато решились напасть от отчаянья. Это такая же жестокость? Или нечто иное? Амори не считал себя за эти поступки жестоким. Он сделал так, потому, что не видел иного решения. Прикончить мерзавца - это долг! А убийство взбунтовавшихся больных - необходимость, дабы защитить себя и других, кто ещё не заразился проклятой лепрой.

Где же здесь жестокость?

Но смерть Марии… Тут Амори погрузился во мрак. Стоило ли подвергать девочку опасности? Возложить её на алтарь ради спасения друга. Сделать жертвой собственных амбиций. Ведь это он дал слово спасти Луи! А жизнью заплатила за это дитя. Жестоко? Юноша не мог до сих пор дать на это ответ. А Вильгельм с интересом смотрел на то, как его собеседника терзают сомнения в собственной правоте.

-Вижу, что вы задумались. Это правильно. На войне не бывает белого и чёрного. Всё вокруг становится грязью, липкой и мерзкой, лишь только зазвучат горны, возвещающие о начале сражения.

С ним нельзя было поспорить. Но Амори всё же решился. Его самолюбие говорило теперь за него. Он не мог простить себе смерть девочки, а потому пытался вновь оправдаться, хотя и каялся перед Богом. Но не перед врагом. Ни ему сравнивать юного рыцаря и подлеца Филиппа Эльзасского!

-Сражение - это битва двух войск.

Солдат против солдата. Рыцарь против рыцаря. Но когда горят дома неповинных крестьян, а наёмники грабят и насилуют горожан - это уже не война. Это подлость. И ваш господин просто подлец!

Выпалил Амори и сжал кулаки в ожидании нападения. Но Вильгельм, напротив, лишь ухмыльнулся.

-Вы слишком молоды. Ваша война только началась. Всё впереди. И вы поймёте, как тонка грань между доблестью и подлостью. Особенно, когда на кону победа или смерть.

И тут он был прав. Амори хоть и был молод, но уже понимал, что слова Вильгельма верны, хоть он и враг.

Но правильно ли придерживаться этой стратегии? Воевать ради победы, невзирая ни на что? Или всё же оставаться человеком до конца? Пускай он и будет бесславным…

-Но хватит разговоров. Нам пора выступать, - отрезал дальнейший спор Вильгельм и встал с пня.

-Вы позволите… - робко начал юноша, но осёкся.

-Желаете облегчиться? - догадался рыцарь без тени иронии.

-Да, - мотнул головой Амори.