Любимая княгиня

- Но женщины…

- Каждая женщина хочет быть захваченной и завоёванной, разве не так? – повёл он бровью. Вызовом зажглись его чёрные глаза.

- Не каждая, - возразила Лика.

- Может быть, не каждым мужчиной – да. Но когда она находит себе кого-то по душе, то ждёт именно этого. Завоевания. Беспощадного и бескомпромиссного.

- Ты оправдываешь мужскую грубость.

- А ты отрицаешь женскую тягу к ней.

- Всеслав, тебе лучше уйти.

- Я ведь всё равно вернусь.

- Не надо, - Киликия вздохнула, с опаской поглядывая, чтобы не появился Святослав, - к счастью, вскоре мы уедем, и ты перестанешь мне досаждать.

- Да, в Чернигов. Я знаю. Не такой далёкий путь, чтобы я не добрался.

- Не смей! – округлила глаза княгиня. – Слышишь? Только попробуй! – «Господи, я ведь окажусь там одна на какое-то время, Господи, удержи этого человека от меня подальше! Если имеешь власть над тем, кто в тебя не верует».

- Знаешь, что за рощей? – резко сменил он направление разговора. Киликия даже обернулась себе за спину.

- Болота.

- А за ними, как я узнал от здешних, оболонь[7], где до сих пор существует капище Велеса. Хотя его идола скинул в Почайну мой прадед Владимир, и основал замест святилища церковь святого Власия, народ всё равно почитает Велеса и просит у него здоровья скоту и плодородия. Интересно, уж не выдуман ли был святой Власий Владимиром?

- Не говори ерунды, Власий претерпел мученическую смерть при императоре Лицинии, его и в Константинополе почитают.

- Да? Что ж, но разницы большой нет. Народу подсунули созвучный обман, запирая в четырёх стенах и заставляя скорбно молиться, хотя до этого там шутили, играли и предавались любви.

- Неразборчиво и в блуде? Ты восхваляешь любой грех, Всеслав.

- Что есть грех? Не говори мне, княгиня, что ты сама в это веришь и считаешь, будто любовь и плотское удовольствие от неё заслуживают страшной кары. Ты скажешь мне о божьем благословении, которое наступает только после венчания? Но, по вашей, христианской логике, Бог создал всё, и единение тел тоже.

- Венчание объединяет души, а не тела.

- Тогда тела, всё-таки, могут соединяться и без него?

- Всеслав, - опомнилась Киликия, не зашла ли далеко в этой беседе, - ты ведёшь со мной непозволительные речи.