И маги могут быть королями

Горящий камин - и уже далеко не молодой дукс, греющийся рядом.

-- Фабрио, ты свободен, - слуга поклонился и ушёл.

-- Андроник, я уже давно жду, когда ты явишься. Думаю - придёт, поделится радостью со старым другом, расскажет, отметим твоё назначение дрункарием. Вот, наконец, явился, - Старатос просто обожал показать себя этаким провинциальным дуксом, в голове у которого одна охота да пиры. А лучше обе вещи сразу.

Лишь изредка он являл свою настоящую личину: тонкий и расчётливый политик, манипулирующий множеством людей как пешками в игре "Смерть короля".

-- Почему ты мне не сообщил? - Андроник не присел на предложенный хозяином стул и даже не взглянул на стол, где стояло несколько бутылок вина и ещё дымилась оленина.

-- Чего не сообщил? - вот теперь Старатос даже не стоило играть, дабы изобразить изумление. Он и вправду не понимал, о чём говорит Андроник.

-- Что сегодня утром вы подошлёте пятерых убийц для Ватаца. Это не входило в наш уговор. К тому же они попытались убрать и меня.

Знаешь ли, хотя бы за это мне следует метать молнии от ярости, - Андроник усмехнулся. - Всего пятеро убийц! Вы хотели меня оскорбить этой жалкой горстью?

- Каких убийц? - Каргос вскочил со стула, вытаращив на Андроника глаза. - Я уверяю, я об этом узнал от тебя. У Совета и в мыслях не было убирать Иоанна, да к тому же не предупредив тебя. Я ничего не понимаю. Может, это кто-то из ближнего окружения?

Старатос сел, играя желваками. Он был в смятении.

-- Исключается. Ватац очень молод, но он даже Сеяна в бараний рог скрутил.

А после покушения, когда Иоанн собрал меня, Маврикия, Константа и Фоку, комит по-настоящему испугался императорского взгляда.

-- Тогда кто? - Стартос присел на стул. Его правая щека нервно дёргалась.

-- Не знаю. Кроме вас, некому. Огнары заняты борьбой за престол, стиль не партафский - те бы травили ядом, причём наверняка. Теократам это невыгодно.

-- Это очень странно. Странно и опасно. Если Иоанна убьют, останется только София.

Всё, что мы задумали, рухнет. Сколько их было? - Старатос, когда волновался, часто забывал какие-нибудь мелочи. Даже если ему о них только что говорили.

-- Пять. Трое на меня, два - на императора. Из людей Константа и Маврикия, как удалось выяснить.

-- Только одно это делает честь организаторам. Человек с улицы не мог их просто так купить. Ты же не хуже меня знаешь, что туда берут только преданных престолу людей?

-- Это знает весь треклятый континент.