Нежеланная свадьба

Выбор

Тимур сидел за столом в большой гостиной рядом с отцом и матерью и изредка посматривал на невесту. Аза сидела напротив, в ярком бирюзовом платье, потупив свой взор. Порой он ловил на себе ее быстрые взгляды, но стоило им пересечься, как она тут же вспыхивала, краснела и была готова провалиться сквозь землю.

– Ну как тебе невеста? – спросил, как бы невзначай, Саид. Он уже весь извелся от неопределенности, но виду не показывал.

– Ничего так, довольно симпатичная, – уныло ответил Тимур, – но слишком стеснительна.

– Это ничего, это даже замечательно, – горячо прошептал Саид, – а чего ты хотел? Ей еще 18 нет, отец говорит, еще ни с кем из парней не дружила, все с книгами больше… Хотя зачем ей книги, с ее деньгами? – недоуменно пожал он плечами, – мозги для женщины – это лишнее.

– Что-то не очень заметно их наличие, – скептически заметил Тимур, – мне лично умные женщины нравятся, а она молчит, словно немая или… глупая.

– Сынок, ты не понимаешь своего счастья, – начал заводиться Саид. – Это же двойное счастье: красивая, да еще и молчит… Но это ты позже поймешь…

– Может быть, – уклончиво ответил Тимур.

Его уже стали тяготить эти разговоры, этот званый обед… Он чувствовал себя не в своей тарелке и хотелось побыстрее его закончить.

Вчерашняя размолвка с Региной не выходила у него из головы. Они часто горячо ссорились, потом не менее страстно мирились. Но вчера она перешла все границы, опустившись до личных оскорблений и унизительных сравнений с соперником. Это уже слишком! Она что себе возомнила, что он на колени перед ней падет? Ярость закипела в горячей темпераментной крови Тимура от этих воспоминаний.

Он невольно сжал кулаки. Ну что ж, сама сделала свой выбор.

– Ты прав, отец, – вдруг решительно повернулся он к Саиду. – Невеста хороша, молода, податлива, лепи из нее все, что хочешь. Мечта, а не невеста. Я согласен!

Свадьбу назначили через месяц. Саид был вне себя от счастья. Чего, конечно, не скажешь, о Тимуре – он, напротив, был мрачен и рассеян.

За неделю до свадьбы его нашла Регинка.

Она выловила его в институте, подошла и виновато взглянула ему в лицо: "Прости, Тим, не знаю, что на меня нашло тогда, мне плохо без тебя…". Он взглянул на нее с грустной усмешкой и пожал плечами, произнеся свою любимую фразу: "Пустяки, дело житейское…". А потом серьезно добавил: "Поздно уже, ничего не изменить…".

Ему казалось, все, что с ним происходило в последующие дни – было не в реальности, а в каком-то литургическом сне.