Очищающий огонь. Часть 1. Пламя разгорается

В самом начале атаки йкейцы точным попаданием повредили шлюз, из-за чего Кер не смог вернуться на борт. У каждого члена экипажа был свой боевой пост, к которому они устремились после условного сигнала. Таковы правила, обильно политые кровью: чем бы ни занимался – услышал боевой клич, брось всё и бей врага.

Когда, разгромив йкейцев, коллеги вспомнили про Кера и втянули трос, то даже закалённые космические волки не могли смотреть на его покалеченный труп. Ошмётки человеческого тела пришлось буквально вырезать из скафандра.

Кера Тана любили за весёлый нрав. Он умел дружить, был заводилой в компании и великолепным рассказчиком. К каждому мог найти подход и уладить проблему. Поэтому товарищи искренне скорбели о нём. Но их озадачивало и пугало выражение лица Кера. Застывшая на его губах презрительная улыбка внушала мистичный страх.

Боко утёр скупую слезу и отвернулся. Не мог он смотреть на гримасу сына.

«За что меня постигло такое наказание? – крутилось в мыслях старика. – Может, и правду говорили священники – каждому воздастся должное. Нелепая гибель сына, а я не могу даже спокойно проститься с ним».

Старый пират много повидал и не признавал религию. Он обильно сеял смерть на космических просторах, и ничто не трогало его закалённое в боях очерствевшее сердце. Но, оказалось, и у него были чувства. Боко знал, что улыбка сына теперь будет преследовать его, как и тяжёлая, ноющая боль потери.

Входные переборки разошлись почти бесшумно. Но Боко уже знал – пришёл старший сын. Запах иштанского алкоголя сопровождал его как визитная карточка.

– Отец, – тихо позвал Арид, отдавая дань уважения погибшему брату. – Отец, прости, но я должен поговорить с тобой. Дела…

– Какие могут быть дела?! – оборвал Боко сына. – Вот тебе дела! Самые важные! – Трясущаяся рука старика легла на гроб. – Что значит вся людская суета перед лицом смерти? Мы с нашими мыслями, заботами и переживаниями лишь дуновение ветра на просторах Вселенной.

– Отец, но я должен сказать… – не отступал Арид.

Боко отмахнулся. Кто бы знал, как ему было плохо. Всё рухнуло, и у старика не осталось причин, ради чего стоило жить. А к душевным страданиям добавились ещё и телесные недуги. Будто сговорившись, они разом атаковали скорбящего отца.