Помнят только мертвые деревья. Легенды.

т-того дня, к-как мы вернулись с о-острова в первый раз…

- И когда же ты собиралась донести до наших ушей данную информацию? – Ледум иронично выгнул бровь, продолжая стоять на месте. – Неужели вас всех не учили, что брать незнакомые вещи, и тем более тащить их в дом – плохая затея?

Тихий голос мужчины резал как нож, и подростки только сильнее вжимали головы в плечи, осознавая свою ошибку.

- Эта зараза могла вполне себе спокойно тянуть жизненные силы из окружающих, а вы бы и ухом не повели! – мужчина явно не сдержал в себе эмоции под конец речи, и его тон под конец имел в себе все перекаты рычания.

- Простите… - пискнула Машка, сильнее вцепляясь в рукав рубашки Шутяка.

- Некого прощать бы было… - убито вздохнул Вахтанг, проходя вперед. Следом шагнул Ледум, пальцами массируя переносицу.

- Внимание, желторотые. Скоро закончится вся эта шабашная чертовщина, и после мы возвращаем вас обратно. Не ныть! – Ледум устало упал на тут же матереализованное кресло, больше похожее на трон. Последние слова он почти рявкнул, видя, как некоторые из парней начали делать вдох для начала опровержения его слов.

– Возвращаемся на большую землю и спокойно доживаем до конца этого демонова лета. Под нашим присмотром, чтобы пресечь какие-либо еще волнования пробудившейся в вас крови.

Глава 19

Окончание Полуночного Бала оказалось довольно ярким – высокие кострища прямо на каменных плитах бального зала воздымались до потолка, языки пламени радостно плясали в такт музыке, черти, ведьмы, фавны, кикиморы и полуптицы, наги, оборотни – все с весельем кружились вокруг подрагивающих ярких костров, захлебываясь в хохоте и громко крича.

Вахтанг, поддавшись всеобщему веселью, поддался на чары девицы – полуптицы, лихо закручивал ее, пританцовывая под ритмичную музыку барабанов.

Елизарова тоже отрывалась, где-то в толпе тои дело слышался ее счастливый смех. Машка утащился Григория на своеобразный танцпол, и теперь тоже кружилась в собственном танце.

Илая приютилась возле Ледума, используя его недовольный взгляд как щит.

Желающие пригласить ее на танец напарывались на мрачное выражение лица, почерневшие от злости глаза и оперативно ретировались прочь. Стехан тоже прятался рядом – парень притащил откуда-то стул, посадил на него девушку и замер статуей самому себе.

Через некоторое время Ледума сменил Вахтанг – молодой мужчина стоял с не менее недовольным лицом, чем его друг. Остальных подростков тоже выцепили и собрали в общую кучку – чтобы никто не потерялся.