Помнят только мертвые деревья. Легенды.

Но тем не менее руны остались четкими и насыщенно-бордовыми.

Помимо этого в жуткой мешанине были навалены клочья шерсти, маленькие пучки трав, что рассыпались в пальцах и разные камни-минералы.

Лент у девушки в прическе стало несколько больше, но тем не менее внешний вид был все такой-же соответствующий. Ногти у Елизаровой потемнели и как будто немного заострились. Но новый маникюр не вверг ее в печаль – любительница ужасов надеялась что после этой вылазки ногти останутся такими-же эффектными.

Марк с Якобом косились друг на друга – с утра они оказались рядом, а ночные телодвижения не может отследить никто, это все неосознанно.

Как итог – проснувшаяся первой Илая растолкала соседа (им оказался Стехан) и вдоволь нашепталась с ним по поводу картины. После по зову Природы-Матери поднялась Елизарова, от ее пихания поднялась Лемех, а на закуску Шутяк громко поинтересовался, не нужно ли всей честной компании свалить из дома часика этак на три.

Парни на такое конечно среагировали, но столкнулись носами. Что примечательно, Марк отнял руки от шеи Якоба, которую, казалось, пытался придушить, а Купров смотрел на мир слишком черными глазами – казалось, что зрачок расширился на всю радужку и даже больше.

Только из глубины глаз исходил призрачный белый свет.

Ругнувшись непечатным словом, парни разлетелись как ядра.

Стасия громко хохотала на такую своеобразную пантомиму, катаясь по шкуре и стуча кулачками. Машка спрятала нос у Гриши в шее, но и оттуда доносилось фырканье, хоть и довольно приглушенное.

В общем, утро однозначно задалось!

Фыркая и держась за заболевший живот, Стасия стартанула таки на улицу – древний дом ведьмы современными удобствами не располагал.

Илая посеменила следом, а с ней смылась и Машка – выдохнуть, перемыть парням косточки и просто посплетничать по женской части.

Девушки вытерпели минуты три, пока делали дела, а после вновь расхохотались – громко, со вкусом. Марк рявкнул в окно, что слышимость все-равно отличная, но в ответ услышал только новый взрыв хохота.

Якоб хмуро смотрел на пол, а Стехан сложил руки и прикрыл рот кулаком.

- Не смешно. – Панов упер руки в бока и обиженно посмотрел на товарищей.

- А по-моему, в этом что-то есть… - Громов еле сдерживал небрутальное хихиканье, переводя глаза с несостоявшихся соседушек.

- Не, ребят ну серьезно! А если бы я так же к Елизаровой бы подкатился? – Марк поежился после своих же слов. – Не-не-не, она бы мне быстро все лишнее отделила бы. И своими новыми ногтями глаза бы выковыряла.