Заповедная долина

Уже сейчас на территории Ямала и прочих северных районов геологи обнаруживают огромные провалы в грунте. Вечная мерзлота начинает таять, и метан, который в обилии находится под этой оболочкой, рвет её и выходит наружу. И всё равно в Его России дела обстоят значительно лучше. Да, затопит, допустим, большую часть севера страны, зато в оставшейся части будет тепло, как в средних широтах и на сегодняшнем юге. Мы выживем! Но сама мысль либералов западников о том, что Россия имеет не только огромные природные ресурсы, но и относительно безопасную для проживания территорию, бесила и будет бесить зарубежных господ.

А вот Он, президент России, имеет в Своём распоряжении настоящий, непотопляемый «Ноев ковчег» даже при Всемирном потопе. Когда-нибудь воды схлынут и обновлённый человек спустится на Землю обетованную. Живите, избранные господа хорошие, плодитесь и благодарите Его, президента РФ, так предусмотрительно построившего всё это великолепие!.

Из соседней комнаты в проёме двери показалась кудлатая голова профессора Шилова. Лицо Вениамина Марковича, обрамлённое бородкой-шотландкой, излучало вселенскую скорбь.

«Ага!.. Этот медицинский хищник пришёл по Мою, скажем так, заднюю часть…»

Но вслух Он озвучил совсем иное:

– Вы, профессор, точны как хронометр. Нельзя ли, однако, перенести процедуру, допустим, на завтра?

– Вы что, батенька? Укольчик вам ничуть не повредит.

Вениамин Маркович при произнесении этой длинной фразы замахал руками-крыльями. Светило медицинской науки при этом стало похоже на старого ворона, который пытается взлететь, но уже не может. Но всего мог добиться хищный «ворон». Он был настойчив и весьма убедителен.

– Пожалуйте вашу попочку, батенька! – ласково пропел профессор.

Делать нечего, приходится приспустить брюки, чтобы Шилов сделал укол в Его, президента России, заднюю часть.

«В попочку»!.. Как гомик этот Шилов обращается с Ним, одним из могущественных людей планеты. Вот и фамилия у профессора подобающая: Шилов. Так и норовит сановный лекарь кольнуть пациента шприцем, похожим по воздействию на плоть на грубое воздействие шила…

Но Он, Спутин, не был прав. Профессор настолько замечательно знал своё дело, что укол получался всегда почти безболезненным.