Заповедная долина

Выходит, методика новоявленного академика дала сбой? А вот голосование в пользу перевода члена-корреспондента в полновесные члены сбой не дала. Никто из голосовавших по этому поводу не осмелился бросить блокирующий чёрный шар. Выходит, Его, Спутина, методика более разумна и действенна?

Он взял в Свои руки из трясущихся шиловских лист бумаги и развернул его.

В акте, подписанном академиком и ведущим специалистом сверхсекретной лаборатории, говорилось:

«11 мая 2020 года в четырнадцать часов восемнадцать минут синтетик, условно названный Фотогеничный, скончался от болевого шока…»

Президент вскинул глаза на академика, стоящего перед Ним в белом халате на подгибающихся ногах, и поинтересовался ледяным голосом:

– Болевой шок?.

– Понимаете, батенька… – затряс козлиной бородкой Шилов.

Но Он решительно потребовал от профессора чёткого, вразумительного ответа:

– Не мямлите!

– Фотогеничный заперся в «малахитовой комнате» и предпочёл умереть, Владимир Владимирович!

Час от часу не легче.

Где это видано, чтобы Его копия добровольно решила уйти из жизни? Тут что-то нечисто, и с этой «нечистотой» стоило дотошно разобраться.

– А комендант куда смотрел? На вверенном ему объекте происходит такое… Где, кстати, он? Я не видел коменданта в последнее время!

– У полковника Федотова, батенька, нервный срыв.

– Он, что, балерина, у которой перед самым выходом на сцену приключился понос?

– Нет, просто… полковник всё ещё никак не может прийти в себя от случившегося, Владимир Владимирович.

Президент махнул рукой, отсылая этим жестом прочь академика. Шилов поспешил выскользнуть за дверь.

Спутин нажал кнопку пульта, стоящего на Его рабочем столе. В кабинете появился дежурный офицер.

– Пригласите сюда коменданта! – приказал Он.

– Есть!.. – чётко ответил Алиев и спросил: – Разрешите идти, господин президент?

– Идите… – буркнул Он, но про Себя отметил, что этот Алиев быстро учится, причём в правильную сторону.

Майор вышел. Спутин сидел, соображая, что же Ему предстоит сделать, чтобы докопаться до истины в нелёгком кадровом вопросе. Потеряно очень важное «изделие», к тому же стоящее немалых денег.

Но главное – разрушалась Его, спутинская, давняя мечта!

Дело в том, что Он страстно обожал знаки Своего величия.