Заговор Елизаветы против ее сестры Марии Тюдор

– Ох, чёрт! Я отдал бы половину жизни, чтобы очутиться там! – с завистью воскликнул сэр Эндрю. – А не выпить ли нам, пока мы одни? Ваш рассказ разгорячил мне кровь.

– Чуть-чуть попозже, – отказался сэр Джон. – Я слышу шаги в коридоре…

В комнату вошел высокий джентльмен с коротко подстриженной бородкой на очень серьёзном лице.

– Добрый день, сэр Томас. Как вы поживаете? – приветствовал его сэр Джон.

– Благодарю вас, хорошо, но не надо называть имен, – сказал высокий джентльмен. – Осторожность, осторожность, и ещё раз осторожность!.

– Какого чёрта! Почему сэр Джон должен сидеть тут, как провинившийся школьник?! – возмутился сэр Эндрю. – Я ручаюсь за него, как за самого себя.

– Всё в порядке, дорогой друг. Сэр Томас… то есть я хотел сказать, этот джентльмен прав, – сэр Джон похлопал сэра Эндрю по плечу. – В каждом деле есть свои правила, которые следует соблюдать.

– Вы кротки, как овечка, – проворчал сэр Эндрю. – А считаю, что вас обидели.

– Никто никого не хотел обидеть, – возразил сэр Томас. – Ваш друг прав: есть правила, которые нужно соблюдать. Но вы-то присоединитесь к нам, сэр Эндрю? Вы будете участвовать в собрании?

– Не хотите ли вы и меня запереть в чулане? Конечно, я буду участвовать в собрании, коли я один из вас, дьявол меня забери! – грубо ответил сэр Эндрю.

– Вот и отлично, – не замечая его тона, проговорил сэр Томас, – тогда пройдёмте в соседнюю комнату.

* * *

Сэр Джон пододвинул стул к камину и собрался задремать, но за стеной заскрипела дверь, раздались мужские голоса, а затем он увидел, как через щель в досках пробивается луч света. Сэр Джон подошёл, поковырял дырку и обнаружил, что штукатурка, которой покрыта стена, осыпается, так что сквозь щели отлично видно всё, что происходит в соседней комнате.

Восемь или девять джентльменов во главе с сэром Томасом сидели за столом. Один человек с пистолетом и шпагой в руках стоял на страже у двери.

– Начнем, господа, – сказал сэр Томас, – и помните об абсолютной секретности нашей встречи. Прошу не называть никаких фамилий и, упаси Господи, не делать записей – ни сейчас, ни после. Надеюсь, вы понимаете, что мы рискуем головами… Итак, сегодня мы должны приступить к разработке плана наших действий, – продолжал он.