Любовь, комсомол и зима. Назад в СССР

Закройщица тётя Зоя встретила меня широкой улыбкой.

– Никаких раскроенных деталей я не принесла, не буду отбирать ваш хлеб! Но эскизы моделей сейчас набросаю, если дадите мне свой рабочий блокнот и карандаш.

Я ловко, одним размахом карандаша, нарисовала эскиз юбки: от талии и до середины бедра заложены и отстрочены складки, от середины бедра складки «стекают» в свободном падении. Пояс широкий, с внутренней флизелиновой вкладкой для придания жёсткости прилегает вплотную, сзади на поясе и ниже его – втачной замочек, спрятанный под накладной шов.

– Да я таких качественных рисунков и в журналах не видела! А длину юбки какую пустим?

– Длина на два пальца ниже колена. Это первая юбка, она приоритетная. Со второй можно не спешить.

Словом «приорететная» я привела тётю Зою в замешательство…

Я нарисовала эскиз юбки-шестиклинки: все клинья скроены по косой с неравномерным расширением трапецией, сшиваются швами наружу, затем края оверложиваются, загибаются внутрь и пристрачиваются декоративным (запошивочным) швом отделочной ниткой, как обрабатывается, например, планка на карманах джинсов.

Тётя Зоя слушала меня, раскрыв рот.

– Ох, дочка, тебе легче-то машинку швейную купить, чем носить-то нам такие заказы. Пока я шью твою шестиклинку, можно три других заказа выполнить, – тётя Зоя перешла на ты.

– Я понимаю, у вас спущенные сверху расценки, но я же предлагала взять работу на дом. Это не запрещено? Я оплачу, сколько вы посчитаете необходимым.

– Хорошо, лады. Шестиклинку я оформлю сейчас в работу ателье, а юбку в складку возьму домой, коли она притири…, – тётя Зоя так и не смогла произнести новое словечко. – Спешная, значит.

– Отлично. Если дела пойдут, то ждите меня с заказом блузок и пальто. Мастер верхней одежды у вас в ателье есть?

– У нас замечательный мастер-закройщик и швей в одном лице – Собачкин Егор Фёдорович.

– Буду благодарна.

– Ну и ладненько, дочка. Давай замерю тебя, – тётя Зоя ловко снимала мерки и охала. – Что ж ты, дочка, худюща така? Кожа да кости. Рожать-то как будешь с таким весом?

– Были бы кости, а мясо нарастёт к тому времени, – отмахнулась я.

– Ну, дай Бог, дай Бог! Не кормила тебя матушка в ПарЫжах.