Последний дракон

— Я помню, как по улицам ездили кареты и проходили торговые караваны, как бегали дети, звонко смеясь, как возле странствующих менестрелей собирались толпы людей, чтобы прикоснуться к прекрасному — музыке! Мы не ведали гнета английских захватчиков, не видели ужасов войны, а с голодом, что царил по всей Франции, как-то справлялись собственными силами… А теперь — смотри, во что превратился этот город! Обитель гостеприимной смерти!

    — Хотел бы я посетить Тараскон до того, как до него добралась чума, — Вольфганг проникся коротким, но ярким рассказом священника.

    — Вот и хижина следопыта, — опомнился Дюпон, когда они подошли к нужному дому. — Не сильно ли я надоел тебе своими разговорами?

    — Нисколько, — признался Вольфганг. Он, напротив, был рад хоть с кем-то поговорить вот так просто, без всяких неудобных вопросов со стороны собеседника.

    — И не только мне его не хватает, — очень тонко заметил тот. Затем несколько раз сильно ударил кулаком по толстой деревянной двери. Подождал пару секунд и, когда в ответ ничего не услышал, снова постучал, но настойчивей. И уже после этого из дома донесся сонный голос следопыта:

    — Кого принесло в столь ранний час к моему порогу?

    — Это я, Лавр, и со мной летописец, — прокричал француз.

    Через несколько секунд с той стороны послышался кашель, загрохотал металлический дверной засов и дверь со скрипом чуть-чуть приоткрылась; на землю легла тонкая полоска жёлтого света.

    — Что вам обоим надо от калеки? — хрипло проговорил следопыт, разглядывая летописца.

    — Я хочу внести подвиг Тобиаса Бонье в анналы «Рыцарской доблести», — объяснил Вольфганг.

    — Лавр, ты же знаешь, что я не люблю голубоглазых, — скрипучим голосом возмутился хозяин дома.

    — Успокойся, — накинулся на него Дюпон. — Он хороший человек.

    «Ты сильно ошибаешься, священник», — про себя подумал Вольфганг. Он не сомневался, что Лавр первым возьмет камень в руки, когда узнает о его темных делах на кладбище.

    — Разве это грех — говорить правду? — искренне недоумевал следопыт.