Пираты Карибского моря. Легенда о Черном Капитане

В пятидесяти футах над рекой он добрался до невидимой снизу площадки футов десять шириной, и сделал по ней несколько шагов. Пираты двинувшиеся за ним остановились, осматривая узкое отверстие в стене утеса, вход в которое был заложен плотно слежавшимися камнями.

По молчаливому приказу капитана, Питер начал разбирать кладку.

Он осторожно извлек их и отложил в сторону, сделав настолько широкое отверстие,

чтобы проползти через него внутрь.

В пещере было темно, но старый Тизер » распрямился, протянул вверх руку и нащупал в каменной щели над головой, где и оставил их, кремень и огниво.

У задней стены пять ящиков.

— Если с моего последнего прихода сюда ничего не изменилось, — прокомментировал Тизер, — то там добыча с «Утрехтской красотки». Слитки серебра и пятьдесят тысяч гульденов в мелкой монете – жалование для выплаты голландскому гарнизону в Новом Амстердаме.

Там в углу должен быть проход, закрытый парусиной. Вот там старый кровопийца Олонэ и спрятал все добро…

Сорвав ветхое полотно, пираты принялись вытаскивать свертки и ящики, загромождавшие проход…

— Тьфу –да что это за помойка? –выругался Харвуд, когда разглядел –что за товар запихнул в свою кладовую умерший давным-давно корсар.

Связки ржавого оружия –палаши, алебарды, пики, протазаны, мушкеты с крошащимися ржавыми дулами… Груды медной и оловянной посуды, пришедшие в негодность буссоли и астролябии, несколько ящиков со старым хирургическим инструментом –ничем не напоминающим блестящие предметы искусства врачевания из арсенала доктора Джонатана и больше похожие на орудия столяра и плотника.

— Олонэ что –ума лишился, этот хлам собирать? –пробурчал Блэйд

— Может старьевщиком решил заделаться? – хохотнул кто-то.

Но вот они расчистили проход и спустились вниз по уходящему косо вниз проходу.

Пройдя совсем немного –футов двадцать-тридцать, они оказались в низкой широкой пещерке –сестре той что оставили выше.

Джон поднял факел повыше и помещение озарилось тусклым светом, выхватившим из мрака высящиеся до самого потолка штабеля золотых слитков у дальней стены. Вдоль остальных теснились огромные дубовые сундуки, два из которых, обитые вздувшейся кожей красного цвета, выделялись из общего ряда наличием на их крышках тисненых дворянских гербов.