О чём молчат рубины

Не мог видеть. А тут я ехал и слёзы лились так, что я дороги не разбирал. Как до замка добрался, сам не знаю. Не иначе – Господь привёл. И думается мне, что если и привёл, то не ради меня! Ради ангела!

Иоганн! Заклинаю тебя именем Божьим! Спаси его! Спаси ангела!

Доктор фон Штюке замялся, подыскивая слова.

- Мы почистили рану брату Манфриду, – доложил доктору один из помощников, по имени Викул.

- Почистили и смазали барсучьим жиром! – добавил второй помощник, Зенон.

- И перевязали, – закончил Викул.

- Хорошо, несите в палату выздоравливающих… – рассеянно ответил фон Штюке, и повернулся опять к исполину Гюнтеру.

- Я осмотрел твоего ангела, – тщательно подбирая слова, осторожно начал он, – И могу заверить, что у него нет ни ран, ни переломов. Но, Боже мой, Гюнтер, посмотри на его затылок! Это один сплошной кровоподтёк! Я даже притронутся боюсь к его затылку: если там раздроблен череп, то я его одним прикосновением убью. А ты трясся с ним четверо суток на лошади! Как он вообще ещё жив?!

Смею надеяться, Гюнтер, что мы с тобой друзья.

Мы оба побывали в переделках и я без тени сомнения готов биться с тобой, спина к спине, против любого врага. Зная, что ты не подведёшь. Надеюсь, ты так же веришь в меня. Я готов применить всё моё врачебное искусство! Но пойми, друг мой, бывают случаи, когда медицина бессильна, и надеяться стоит только на милость Божью. И сейчас именно такой случай. Поставить свечу во здравие и помолиться от всей души – это самое действенное, что можно сделать сейчас. Прости, друг. Отнеси твоего спасителя вот в эту палату…

- Но брата Манфрида отнесли в другую комнату! – дрогнул голос Гюнтера.

- М-м-м… здесь ему будет спокойнее! – нашёлся фон Штюке, – А то выздоравливающие будут шуметь и могут причинить ему беспокойство! Неси в эту дверь.

Я молнией метнулась от двери и принялась усердно взбивать охапку соломы. А то ещё подумают, что я подслушивала! Вот ещё! Очень надо!

Дверь распахнулась и в неё еле протиснулся необъятный Гюнтер.

Как ребёнка, держа на руках неподвижную фигуру.

- Вот сюда, – указал на свежую охапку доктор фон Штюке, – Вот так… осторожно… Сестра Катерина! Тебе особое поручение! Поить этого больного нельзя. Смотри, как он порывисто дышит! Не приведи, Господи, вдохнёт воды в лёгкие! Но у него страшное обезвоживание. Поэтому – обильно смачивать губы водой! Ты меня слышишь? Каждые десять минут обильно смачивать губы!

- Я поняла, – смиренно сложила я ладошки на передничке.