Те, что живут рядом. Детективная повесть

– Мафа, у меня к тебе разговор есть. – сказал он. – Пусть твои друзья погуляют.

Друзья вопрошающе посмотрели на Мафусаила: что это за человек, и почему так себя ведет? Особого удивления во взгляде не было. Их богатый жизненный опыт говорил: раз ведет, значит, имеет право.

Мафусаил солидно кивнул, дескать, да, погуляйте.

Ольга Петровна некоторое время раздумывала, относится ли приглашение и к ней, потом решила, что относится. Осторожно, не расплескав, она поставила рюмку на стол, и начала вытаскивать себя из диванных глубин.

– Оля, ты была в пятницу в ночном клубе? – спросил Полковник.

– Ну, была. – не уловив, появилась ли на горизонте опасность, но, на всякий случай, с легким вызовом произнесла Ольга.

– Тогда останься.

Ольга Петровна стала снова погружаться в мебельные внутренности, маневрируя всем телом с таким умением, что обнажились уже не только колени, но и белые трусики.

Полковник подвинул к себе аппетитно пахнущую супницу. Это была его и Мафусаила любимая баранина с овощами в красной помидорной подливке.

«Умеет же устраиваться, проходимец!» – подумал он, а вслух спросил:

– Мафа, ты спорил в клубе с Серым, что на нефтезаводе будет взрыв?

Мафусаил помолчал.

– Ну, спорил. И что? – с видом оскорбленной девственности ответил он после паузы.

– Откуда знал, что установка взорвется?

– Да я не знал. Откуда же, я мог знать? – поджал губы старый пират.

– Почему тогда спорил?

– Да, это не он. – подала из глубины дивана голос Ольга и с силой стала натягивать юбку на колени.

 – Это я спорила. А Мафусаил Нилович только перед Серым деньгами отвечал.

– А ты откуда знала, что колонна взорвется?

– Да, я не знала. Так, поспорила для смеху и все…

– Кончайте мне голову морочить! – угрожающе произнес Полковник. – Или пеняйте на себя! Кто вам про взрыв сказал?

Мафусаил Нилович вдруг застенчиво опустил глаза, чего за ним опять-таки не водилось.

– Ну, цыганка сказала. Мария с Самарки. – сказала Ольга, но глаза при этом тоже отвела в сторону.

– Мария, говоришь? Это какая Мария? Вереш?

– Нет, Вереш здесь давно живет.

 – отрицательно покачала головой Липовая. – Она уж и не цыганка почти. У нее обе дочки в музыкальную школу ходят. А то Мария из табора, что у нефтебазы на берегу Иртыша в мае встал. Цыганки, они знают. Дар у них такой. – педагогическим тоном учительницы, разъясняющей тупице очевидные вещи, произнесла Ольга Петровна.

– А табор, конечно, вчера снялся и ушел неизвестно куда?

– Снялся. Ушел.