Круги по воде

— Мне не хотелось бы брать этот город штурмом, — Анри взмахнул платком, отбиваясь от мухи. — С другой стороны, не хочется звать на помощь старшего брата Филиппа.

Досадливо сморщил нос:

— Придётся посылать в город парламентёров.

— Кажется, местные жители недвусмысленно дали понять, что не желают открывать нам ворота? — в сомнении выговорил барон, вспоминая утро, проведённое в осмотре городских укреплений. И местных жителей, осыпающих незваных гостей со стен разным мусором вперемешку с бранью и насмешками.

— А что делать? — Анри подвинулся в кресле, склонился над столом и принялся за обед. Сказал, обгладывая птичью ножку: — Вот вы и пойдёте.

— Ни в коем случае, ваше высочество! — барон всплеснул руками. — Вы же знаете, я в этих местах известен не с лучшей стороны. Меня просто вышвырнут вон.

— Не вышвырнут, — герцог отёр руки о поданную лакеем салфетку. Бросил салфетку на стол. Взялся за кубок, отхлебнул. Покрутил носом.

— Вы пойдёте как королевский парламентёр. Объясните этим тупоголовым горожанам, что им некуда деваться, и дело с концом.

— Но у вас есть более достойные и знатные представители, — возразил барон, делая страдальческое лицо.

— Зато у вас язык хорошо подвешен, — хмыкнул Анри. — Словом, я вам доверяю.

И добавил, шлёпнув ладонью по скатерти:

— Не спорьте. Я так решил.

***

По тёмной от лившего всю ночь дождя земле вился парок. Горячий пар курился над сохнущими лужицами в вытоптанных ногами и копытами рытвинах. Подъехавшие к воротам всадники спешились и пошли, увязая по щиколотку в грязи.

Трубач, подошедший к массивным створкам первым, замахал флажком и протрубил в небольшую трубу. Крикнул высунувшимся горожанам:

— Примите парламентёров!

Им пришлось ещё долго простоять в грязной луже. Наконец их впустили. Отвели в здание городской ратуши.

Зал для заседаний уже был полон набившимися вплотную представителями всех городских сословий. В центре зала срочно установили обширное кресло с графским гербом.

Вскоре собравшиеся зашумели, поворачиваясь вслед прошествовавшей через высокий сводчатый проём женщине.

Её сопровождали двое слуг в ливреях. Она была уже не слишком молода, её чёрные с проседью волосы были аккуратно собраны под вдовьим головным убором. На красивом, жёстком лице выделялся орлиный нос. Отвечая лёгким кивком на приветствия горожан, женщина уселась в кресло и обратила взор карих глаз на приведённых парламентёров:

— Огласите ваше дело, господа.