Честь и меч. Свободное продолжение (клинок командора - 4)

Серебровский встал на прощанье и посмотрел им в след. Похоже, оруженосец или, пардон, центурион не очень-то боялся змеиных выходок матери. Или у него было много противоядия. Впрочем, редко когда сыновья боятся матерей. В любом случае ему рядом с ними, пока они разбирают отношения, делать нечего. А рядом с ней и позже.

Сухая, злобная личность, так напугавшая старого холостяка Серебровского, сразу же исчезла, после того, как по длинным извилистым коридорам они прошли в ее покои. Перед Игорем стояла не такая уж старая, хотя и не молодая, с точки зрения Игоря, утомленная жизнью женщина.

- Мне многое рассказали о твоих поступках за последние сутки, - сказала она, не опустившись – рухнув в кресло, - я хотела бы услышать и твою версию. А то я уже думаю, что ты либо архангел, либо тварь с крыльями и надо срочно послать за святой водой к Митрополиту Ладожскому.

- Ты так хотела услышать новости, что напугала Серебровского, - засмеялся Игорь. – Видела бы ты его лицо. Святой воды не надо, хватит обычной, а то я пить хочу, во рту пересохло.

Марина мягко улыбнулась, а он сел прямо на пол рядом с ее креслом и поднял лицо вверх, улыбнувшись улыбкой юного проказника.

- С чего бы хотела услышать мой рассказ Ваша Милость?

- М-м, - отмахнулась Марина. Она свесилась с кресла и поцеловала его в лоб, - хватит паясничать, рассказывай. Надеюсь, ты понимаешь, что мы с тобой в одной лодке.

- Ладно, - Игорь посерьезнел, - вчерашнее утро для меня началось с прогулкой по окрестным полям.

Центурия вышла охранять столицы пешей, и Вергуна пришлось оставить в Замке Магистров. Почти до обеда пришлось ползать туда-сюда, ну да это неинтересно, а потом появилась нечисть, повоевали, вернулись в столицу. А вот там, - Игорь замялся, - я выпил столько бокалов вина, опьянел так, до сих пор жутко стыдно. Я больше не буду, мама.

За вчерашней пьянкой он уже не видел ничего героического в сватке с нечистью, зато его пьяные похождения в трактира казались известными на весь Орден.

- Как лаконично, - засмеялась Марина, - а теперь подробнее и с самого начала.

Она выжала из него все интересовавшие подробности, в том числе и те, о которых он не хотел бы вспоминать. Четырнадцатилетнему парню трудно соревноваться с тридцатипятилетней женщиной.

Затем она накормила его обедом – первой пищей со вчерашнего завтрака. Желудок пришел в себя и не капризничал, поэтому Игорь поглощал все подряд, попутно расспрашивая мать о событиях при дворе.