Бессмертный край

- И ты опять, - ехидно ответил незнакомец.

Более-менее вернувшись в сознание, я понял, что совершенно замёрз. От холода не чувствовались ни руки, ни ноги, а зубы стучали друг о друга с такой силой, что казалось вот-вот начнут крошиться.

- Прохладно сегодня… - словно издеваясь, подметил незнакомец.

Я попытался встать, но, опёршись на онемевшую конечность, вновь рухнул в сугроб, получив морозную массу в лицо и за шиворот.

В этот миг передо мной на снег упал коричневый полушубок. Незнакомец просто снял его с себя и бросил мне.

- Тебе, видимо, очень хочется узнать ответы, - улыбнулся мой собеседник.

- С чего… ты… взял? – только-только почувствовав хоть какое-то тепло, спросил я.

- Да брось, - махнув рукой, вскочил ногами на пень незнакомец, - я прожил достаточно лет, чтобы в чём-то разбираться. И, мне кажется, когда человек одних подштанниках носится по ночной вьюге – ему что-то крайне необходимо.

Не дожидаясь моего ответа, он брякнул пальцами по струнам.

- И пусть тебе ответит моя кантеле! – воскликнул незнакомец и… запел.

«Жил на северном море кузнец Ильмайллине,

Что своими руками сковал небосвод.

В его честь сочиняют стихи и былины,

Как он был в небесах и на дне синих вод.

Было сердце его как-то полно печали

От того, что лекарства от гибели нет,

Потому неотвратно друзья умирали,

Уходя за старухой костлявою вслед.

И тогда Ильмайллине стал действовать верно –

От зари до зари его молот сверкал.

Он сковал на рассвете гробик железный,

Подчинив своей воле горячий металл.

А затем мастер Смерть пригласил побыть гостьей,

Перед долгой дорогой сполна отдохнуть,

И погреть в этом гробе усталые кости,

А потом уж пуститься в намеченный путь.

Смерть не против была взять себе передышку,

Согласилась лечь в гробик всего на часок,

А кузнец в это время накрыл её крышкой,

Обмотал гроб цепями, повесил замок,

И спустил этот гроб прямо в Белое море.

Смерть с тех пор так и спит среди тёмных глубин.

От того люд забыл поминальное горе

И живёт сотни лет до глубоких седин.

Ну а в толщах морских бьётся слабое сердце.

Его слышит днём солнце, а ночью – луна.

Оно ждёт, как над ним приоткроется дверца,

Чтоб наполниться местью могло бы сполна!»

После этих слов незнакомец затих. Ветер куда-то унёс последние звуки его мелодии и наступила тишина.