Баюн и сердце мира

Избегая освещенных светильниками улиц, южные маги, не привлекая ничьего внимания, добрались до закрытой лавки в переулке. Постучав условленным стуком, дождались, когда приоткроется щелка в дверях и скользнули внутрь.

От угла дома отделилась серая тень и подобралась ближе к закрытой двери. Окна были плотно притворены ставнями, а дверь не поддавалась. Соглядатай остался ждать снаружи.

В доме тем временем Ажиара нежно ворковала молодому ругу:

- Ты очень нас обяжешь своей помощью! Понимаешь, мы в вашей столице уже почти год, а кругом столько соблазнов, и все недешево… Все наличные деньги у нас кончились.

Говоря так, она непрерывно ходила по темной лавке, водя пальчиком по вещам, нарезая круги вокруг детины, взмахивая плавно руками. Тот едва успевал поворачиваться за ней, провожая глазами. Неподвижно, словно старый комод, стоял в темном углу Багха.

Детина был сын вдовы, эта лавка была её. Она торговала подержанными вещами и была весьма скуповата к своим детям. Дочь держала в черном теле, заставляя работать по дому, как чернавку, а сыночка любила, холила, потакала, оплачивала его дорогостоящие блажь и дурь, но изводила потом нравоучениями. Дети не любили свою мать и друг друга. Детине давно было пора жениться, но мать отчаялась найти ему невесту, ее свахам отказывали, о сыне шла дурная слава блядуна и растратчика.

Само же чадушко мнило себя вполне достойным мужем, но только очень уж хотелось доступной любви и власти, безграничной в мечтах, как у царя.

Сынуля был бы рад сейчас провернуть дельце, получив выгоду, минуя мать, но было ему отчего-то не по себе, чего-то страшно, хотя он и раньше занимался подобным.

- Я не могу продать эту вещь напрямую, меня все знают, это вызовет неприятные разговоры, это отразится на наших переговорах с вашими замечательным царем-батюшкой! А ты потом сможешь спокойно продать ее дороже и получить весь барыш, никто и не поймет, чья она, увидев ее в твоих руках!

Детина и сам все это прекрасно знал, и деньги ему нужны.

Ажиара остановилась напротив, прекратив свое, как ему казалось, нервозное кружение. Только Багха, прищурившись, в свете свечи видел прозрачные нити, опутавшие детину.

- Да давай уже, показывай, - грубо сказал беспутный сын, стараясь казаться солидным и опытным.