Баюн и сердце мира

Увидал Авику, остолбенел, к ней поспешил.

Хотел девицу схватить, Врика грудью заступился, Авика отскочила подальше, руки раскинула, крикнула звонким голосом:

- Слова и дела! Защиты и справедливости! Он ответчик! – и на князя перстом указует.

Народ в миг вокруг собрался, витязей смели, оттеснили, Авику с князем в кольцо взяли, к Храму повели. Оттуда уже вышли атхарваны. Ведьма Макоши Авику увидела, к ней бросилась, руку ей скорей на плечо положила, под защиту взяла.

Взошли на крыльцо они широкое, чтобы миру их видно было.

- В чем обвиняешь, боярышня, князя нашего славного? – вопрошал.

Авика миру поведала, как домой ее не дождался батюшка, как отряд ее перебили нечестивые слуги княжеские, а саму ее к князю должны были везти на поругание, к браку насильному принуждая. А никто не смеет сестру василису насилием брать, принуждением жениться!

Князь руками разводил, говорил, что врёт боярышня полоумная, а сам он ничего знать не знает.

Но народ и так уж на князя распутного озлоблен был давно, и много уж непотребства именем его творилось. Толпа зашумела, заволновалась, напирать стала на крыльцо белокаменное. В князя кидать стали камни, мостовую разоряя, огрызки разные. Завел Хранитель речи свои обольстительные, успокаивающие, но в этот раз сила его не подействовала супротив гнева народного, слишком много люда недовольного.

- Люди добрые! Совершите суд над насильником!

Князь в изумлении ещё к нему оборачивался, а Верховный Атхарван его уже спихнул с крыльца в руки толпы кипящей. Забурлила она над князем и схлынула, оставив тело растерзанное на мостовой.

- Отныне я возьму ношу тяжёлую княжескую в придачу! Раз вы себя князя лишили!– провозгласил громогласно Хранитель и удалился в Храм.

- Ловко! – молвил атхарван Велеса. – И народ успокоил, и власти себе добавил. И нас на то не спросил.

Народ, радостно гудя, расходился по делам своим, мимо князя проходя, плевали на него. Витязи спешно унесли тело от поругания.

Авика сестрами из храма в свои хоромы отведена была к батюшке, а Врика к Бранибору Велесовичу двинулся про приключения свои сказывать.