Королева Лисиц

Готхай не выдержал:

— Мэрон, ты не хочешь рассказать нам, что там произошло? До чего договорились? Почему он не убил тебя, в конце концов?

— Отправляйте людей забирать раненых. Северяне никому больше не навредят.

— Да неужто? Как тебе это удалось?

— Я их заколдовала.

— Вот оно как. И что теперь будешь делать с ними, заколдованными?

— Теперь поедем проверять насколько сильным оказалось колдовство, – она воткнула пятки в бока мерина, и тот сразу с места прыгнул в аллюр.

Она остановила животное на травяном поле возле опушки леса, и принялась вглядываться лесную чащу.

— И что мы здесь делаем? – нетерпеливо спросил Готхай.

— Ты слышишь эти звуки, оттуда?

— Кажется да, что это? Неужто волынки?— Готхай весь будто сжался.

— Они самые, Готхай.

— А Ты уверена, что это не северяне? Не нужно ли нам убраться отсюда? Волынки ведь есть в любой армии.

— Я уверена что это не северяне. Знаешь, что они играют?

— Понятия не имею.

— Будь спокоен, ибо я знаю. Это табранский «Встречный марш», ламарцы иначе называют его Encoursilada. Волынщики играют это каждый раз, когда войско входит в город, или встречается с другим войском. Так им повелел их полководец, прозываемый Ламарским Бретёром.

— Мэрон, ты точно не перепутала ничего? Наша жизнь сейчас зависит от этого.

— Я сама слышала и видела всё это на улицах одного города в Табране. Теперь просто смотри.

Мелодия визгливых дудкомешков уже стала хорошо различима. Через какое-то время во тьме под деревьями началось движение. Все трое начали вглядываться в лес пуще прежнего.

Сначала было ничего не понятно.

Потом в лесу заблестели какие-то металлические предметы, слишком короткие для копий и слишком высоко торчащие для палашей.

Наконец солдаты начали выходить на поле, так что их можно было рассмотреть. Они выглядели так, как будто какой-то колдун, от нечего делать, наворожил много-много одинаковых людей. Выйдя на поле, они сдвинули ряды, и стали шагать так, будто каждый повторял движения другого. Все как один, они угрюмо выглядывали из-под своих высоких меховых шапок с медными бляхами и кожаными козырьками, а на своих кафтанах они несли такие же одинаковые казенные перевязи.