Зима огненная

– Я не отниму твои поместья и титулы, и ты сможешь вернуться на императорскую службу, когда я закончу разбор мятежников.

Следующий за Ласкарисом Теламон Кавлей так и не поднялся с пола, когда Туризин велел ему встать. Вцепившись в ноги Императора, он без конца лобызал его сапоги, рыдая и взывая к милосердию. Когда его вывели проветриться, чувство липкого отвращения еще некоторое время висело в зале.

Наконец, к Туризину подошел Митилен Далассин. Он простерся по обычаю на полу, но ни грана раболепства не было в этом простирании.

– Встань, – махнул рукой Туризин. – Назовись.

– Я Митилен Далассин, Ваше Величество, – отвечал мятежник, поднимаясь.

– Далассин... – Туризин на миг задумался, затем вопросил мрачно: – Ну, а тебе чего не сиделось? Разве мой брат когда-нибудь обидел твою семью? Разве я когда-нибудь вас обделил?

– Всякий может совершить ошибку, – ничуть не смутившись, пожал плечами Далассин. – Ономагул обещал мне титул при дворе и хотел поставить над третью своего войска.

Может, я и заслужил смерти, но, если вы оставите меня в живых, я еще послужу Вашему Величеству. Я хороший воин и, смею думать, неплохой тактик. Ваши намдалени никогда не разбили бы меня, если бы не счастливая случайность. Их конница страшна, но неповоротлива, я сильно проредил их ряды на подходах к Гарсавре. А вам понадобятся солдаты, чтобы воевать с намдалени, когда они выйдут из повиновения и захотят растащить Видесс на части.

Дракс зарычал, Аптранд уставился на Далассина с глухой злобой, Сотэрик задохнулся от возмущения и вскочил было, но взгляд Аптранда остановил его.

– Что ж, пока вышло наоборот. – В голосе Аптранда слышалась холодная ярость.

– Пока да, – невозмутимо отвечал Далассин. – Впрочем, если бы я ударил фланговым маневром, то смял бы ваши ряды, и тогда, возможно, мы бы вели сейчас другие разговоры.

– Отчего же не ударил?

– Я собирался, да кто-то из твоих ублюдков бросил в меня копье.

Туризин задумчиво взглянул на намдалени.

– Это правда? – наконец, спросил он.

Далассин тоже смотрел на них, подняв бровь с издевательским любопытством, как будто ему было интересно, что победит: честность или гордыня. Воцарилось молчание, воздух от повисшего напряжения будто сразу сделался плотней.

– Да, – наконец, нехотя признал Аптранд. – Он дал нам хороший бой.

Дракс посмотрел на него как на идиота: зачем раскрывать противнику свою слабость. Уж хитроумный барон сумел бы выкрутиться из положения.