Зима огненная

Возможно, господин Нейпос, умный добрый Нейпос мог бы ее выслушать, но Иде было стыдно отвлекать ученого мужа глупыми девичьими переживаниями.

Кажется, впервые в жизни ощутила она подлинное одиночество.

– Вот чего я добилась, – сказала Ида в пустоту комнаты, – сижу на куче золота, невестой знатного человека, а ничего не радует меня. Видели бы сестры.

Она взяла с тумбы зеркальце в круглой дубовой оправе и взглянула на свое отражение. Собственное лицо показалось ей бледным и осунувшимся, будто всегдашняя легкость ушла из нее.

Ида попыталась скорчить веселую рожицу, но вышло наиграно и как-то жалко, она опустила зеркало.

В столице оставался, пожалуй, только один собеседник, который не возражал против ее общества и не стал бы давать непрошеных советов. Одевшись, Ида пошла на берег Бычьего Брода.

«Золотоносная жила» лежала на песке, похожая на труп морского чудовища. Ида подошла к кораблю и уселась прямо на песок у форштевня.

– Вот и я, – объявила она, словно они договорились встретиться.

– Скучал по мне?

Корабль ожидаемо не ответил.

– Знал бы ты, что мне сегодня снилось...

... К последней трети осени стало холодать. Солнце все еще всходило над городом в золоте и багрянце, но облаков становилось все больше, и мало у кого остались сомнения в том, что вскоре Фос скроет от людей свой лучезарный лик. Красный шар купался в розоватом мареве, когда Ида и Далассин прогуливались по рынку на площади Паламос. Ида куталась в легкий плащ и то и дело зевала. Несколько дней назад Зенона родила дочь, и девочка кричала так истошно, что могло показаться, будто мать нарочно ее мучает.

Прочные дубовые двери и толстые стены дома в некоторой мере заглушали эти крики, но полностью заглушить их не могли даже восковые затычки. Иде казалось, Зенона просто мало берет девочку на руки – вот та и кричит, оставленная один на один с чужим неприютным миром. На миг она задалась вопросом, переживет ли девочка эту зиму.

Сейчас они выбирали ткань для свадебного платья. Вернее, выбирала Ида, а Далассин послушно платил за все, на что она ни указывала.

– А много будет гостей на нашей свадьбе? – полюбопытствовала она.

– Да не слишком, – пожал он плечами. – Едва сотня наберется, если звать всю родню. А ты, сердце мое, хочешь позвать кого-нибудь... – он запнулся на миг, но все же закончил, – из твоих друзей?

– Пожалуй, нет.

Ида с трудом могла представить, что позовет на свою свадьбу хоть кого-нибудь из тех, кого знала в столице.