Я (последний)

Некоторых даже успевал научиться узнавать, пока они не умирали – жили они как медведи, но отличать их было гораздо труднее – они ж в отличии от медведей все на одно лицо, и шкуры медведи не меняют, а разная одежда одних и тех же людей меня поначалу очень сбивала… Если человек мне нравился я мог подарить ему добрую охоту, или навести на грибные и ягодные места (некоторые я охранял специально для себя, и без моего разрешения ни один человек не смог бы их увидеть, хоть 100 раз прошёл бы мимо). Ну а если не нравился, или в лесу вёл себя слишком вольно, то мог так его заморочить, что хоть и в лес не ходи.

И вот в те времена, в самую, наверное, благодатную эпоху, случилось со мной впервые то, чего я даже ожидать не мог… я встретил… до сих пор не знаю как подобрать слово… вот когда Я – это я, а когда другой тоже Я, как это сказать? Не в том смысле что он(оно? она?) часть меня, вовсе нет, но… такое же… не как человек и человек, или волк и волк, эти понятно – «мы», а как… ну как медведь и медведь. Ведь сколько медведей не будет, никакого «мы» из них не получится.

В общем я встретил другое Самосознание.

Оно пришло с востока, оттуда, куда на ночь уходило Солнце.

Пришло не одно, а вслед за большим количеством раненных и покалеченных людей. Их было много, они шли как волна. И оно затерялось среди людей.

Это другое Я тоже походило на людей внешне… но только не на самцов, как я сам, а на самок… даже больше меня походило – я всё-таки гораздо больше размером и разрез глаз у меня другой, и волос на теле куда больше.

Предчувствие Чужого, я ощутил сразу – это как взгляд со спины, только заглядывающий прямо в мысли. Подслушивающий. Подсматривающий. От которого невозможно отделаться будто от комариного зуда, раздающегося не над ухом, а прямо в голове.

Как с русалкой. Наверное русалка тоже была в какой-то степени другим Я, но она была совсем глупая, и языка человеческого так и не освоила. И эмоции её были какие-то… склизкие… рыбьи… а тут тёплое, как у зверей… как у людей.

Оно могло войти в город. Могло выйти из города. Не знаю как оно к людям, но люди, видимо, принимали его (её?) за одного из своих.

Нам не нужен был звуковой язык и физическая близость чтобы говорить. Но я понимал что оно хочет встречи – несколько раз оно выходило в леса и забиралось в самую чащу, чтобы найти меня.

Не могу сказать что я особенно прятался… просто, наверное, мы мерялись силой.