Оазис Чёрного джинна

Не очень уважительно относился к его жене Ширмо, а они даже в беде не отвернулись от меня, не осудили, когда я навлёк на них позор и смертельную беду. Они были настоящими драгоценностями в моей жизни, украшали её, словно бриллианты корону шахиншаха, но их блеск был невидим для меня. Увы, увы, увы. Теперь мне оставалось лишь запоздало каяться и просить себе прощения у Всевышнего. Справедливо говорит пословица: «Вспомнив о кулаках после драки, бей ими по своей голове».

После одного из самумов я обратил внимание, что верблюд нередко уходит в пустыню, и всё к одному и тому же месту.

Это меня заинтересовало. Я направился вслед за ним и обнаружил полузанесённый песком большой караван. Тут были и люди, давно умершие и высохшие, похожие на египетские мумии.

Среди товаров я нашёл изделия чеканщиков и ювелиров, кузнецов и ткачей. Во многих тюках лежали шёлковые, хлопковые халаты - простые и с ватной подкладкой, в других - чарыки, сапоги сафьяновые и кожаные. В кошелях были слитки белого серебра и красного золота, монеты - полновесные динары и дирхемы, а также - лалы, алмазы, сапфиры, яшма, бирюза, нефрит, опалы.

..

Постепенно всё это я перенёс в свою пещеру и сложил там. На это у меня ушёл почти месяц.

В каком-то вьюке я нашёл принадлежности писаря и много листов хорошей бумаги, что навело меня на мысль написать историю своей жизни в назидание другим людям. Это занятие скрасит излишне долгий досуг, меньше буду скучать. Уже в этот день я исписал немало страниц.

Как-то я посмотрел на себя в зеркало и увидел, что волосы на моей голове поседели: моя жизнь приближалась к закату. Я заплакал великим плачем, закричал, ударяя себя по лицу, и упал в беспамятстве. Долго лежал, пока не пришёл в себя.

В один из последующих месяцев случилась песчаная буря, после которой к моему саду пришёл караван из семнадцати верблюдов. На одном из них находился юноша с признаками тяжких страданий на лице. Других людей не было.

Я отвязал его, снял с верблюда и влил в рот воды: юноша начал дышать сильнее, но в себя не приходил.

Тогда я набрал прямо с дерева самых крупных абрикосов, выжал в чашку их сок и влил в рот юноши. Через некоторое время он с трудом открыл глаза. Я опять дал ему сока, а под вечер - мякоть плодов.

Весь следующий день я поил его свежим виноградным соком и это вернуло юноше прежние силы. Он рассказал мне свою историю.

Звали его Юсуф и он был сыном правителя Багдада.