Миры Отверженных

- А ты после всех слов Салатового только это понял? А как тебе эта история с планетой, где убили сына Создателя? И о том, что именно оттуда эти пришельцы на твоём проекте. Тебя это не пугает?

Улыбка сползла с лица Оливкового. – Ну, можешь же ты испортить всё настроение, дал хотя бы минутку порадоваться.

- Хорошо, минуту я тебе даю. Не больше. А потом ответь на вопрос, – мы что, и дальше будем обманывать своих собратьев? И как долго ты будешь меня склонять к этому? Всему есть предел, Оливковый. Прости меня, но чувствую я, что эта вся игра с молодым херувимом и твоей бабочкой затягивает нас туда, откуда будет очень трудно выбраться.

И мне интересно, знает ли обо всём этом наш знакомый архивариус, из-за просьбы которого мы помогаем этому юному Хранителю Древа Жизни? То, что эти люди с отверженной планеты, на которой убили сына Творца? Как ты думаешь, друг?

- Не знаю, - пожал плечами растерянный Оливковый. – Наверное, не знает.

Изумрудный недовольно поморщился. - Вот и я так думаю. Потому что даже не допускаю мысли, что они знают всё это и своими действиями прикрывают такое страшное преступление.

А уж как будут рады порезвиться серафимы, покарав тех, кто посмел совершить такое! Ты представляешь, во что это может превратиться?

Оливковый уныло повесил голову. – Представляю. Но мы же все хотим помочь этому хранителю-новичку?

Изумрудный всплеснул руками. – Слушай, тебе может это и не понравиться, но я повторю. Твоя бабочка тебе все мысли запутала. Ты думаешь, Салатовый зря рассказал тебе эти истории? Лично я всё понял, а вот ты, кажется, нет.

Оливковый поднял голову. – А мне кажется, что ты мне завидуешь. У меня будет чудо-бабочка, и меня, возможно, повысят сразу на несколько ступеней, а у тебя с жирафом вообще ничего не получается.

Изумрудный чуть не захлебнулся от возмущения и хотел что-то возразить, но усилием воли остановил себя. – Ну знаешь, если ты это так видишь, то, наверное, это наша последняя встреча. И да, тебе, пожалуй, пора к себе домой. Работать над своей водоплавающей бабочкой.

А у меня есть и другие дела, кроме этой глупой затеи.

Оливковый побледнел, его глаза зло сверкнули. – Прощай, друг. Если захочешь извиниться, то ты знаешь, где меня найти. - Он взмыл вверх и растаял в воздухе.

Глава 24. Яртог.

Сивания.

Рано утром Муринт с сопровождающими подходил к дому Яртога. Эту ночь он почти не спал, обдумывая, как ему поступить, если не удастся перетянуть на свою сторону тех членов Совета, которые придерживались плана его оппонента.