Паутина времени

Я не собираюсь устраивать войну, не буду призывать народ к противоправным действиям – я просто хочу узнать, каково это – жить, не зная о войне, узнать, что такое настоящий мир! Мир, когда война осталась далеко в прошлом, когда о ней никто не вспоминает уже много лет, когда люди живут без оглядки на прошлое и думают только о будущем! Разве я… - он осекся и продолжил уже иначе, - Да, я, может, и не образец добродетели, не спорю. И то, что делал, не оправдываю… Но сейчас это все осталось далеко в прошлом, так пусть и остается там! Позвольте мне жить в будущем, позвольте построить жизнь заново! Черт возьми, я ведь еще не стар.

Не хочу гробить молодость на попытки устроить жизнь среди сплошной разрухи…

Тата безмолвно склонила голову. Спорить сил у нее уже не оставалось – речь фашиста была столь горяча, столь проникновенна, что касалась самых глубоких струн ее души, заставляя отзываться на эти слова.

Ее брат и друг, еще раз переглянувшись, синхронно вздохнули и поочередно кивнули.

В их душах горячая речь Гюнтера тоже нашла отклик.

Вольфганг пожал плечами, переводя взгляд на Фридриха. Тот развел руки широко в стороны и слегка улыбнулся.

- Мне все равно, - негромко заметил он, - Мы с сыном, я полагаю, останемся жить в этом замке, к нам события большого мира отношения иметь не будут. Только подумай, Гюнтер, где ты будешь жить в этом времени? Что будешь делать?

- Этим же вопросом следует озадачиться и Вольфу, - не остался в долгу солдат, - Я-то выкручусь, я всегда выкручиваюсь.

Поищу в этом времени Альбрехта и Ганса, встретимся, порадуемся, может кто из них мне чем-то и поможет… А потом найду какую-нибудь работенку, да и заживу себе спокойно. Я на все согласен сейчас – хоть мешки с углем таскать!

Пашка негромко фыркнул и покачал головой.

- Оптимистично же ты настроен, однако. Но, кстати, Вольф… - взгляд блондина скользнул к капитану, - В чем-то он прав. Ты-то что делать будешь? Где будешь жить?.

.

- Со мной он будет жить! – Тата, не давая молодому человеку ответить, решительно шагнула вперед, - И возражения я даже слышать не хочу!

Ее брат саркастически изогнул бровь.

- Мда? А ты не забыла, что живешь с нашими родителями и мной? И куда, по-твоему, мы положим нашего немецкого друга, кому на голову? Не думаю, чтобы папа с мамой поняли, если бы у них вдруг поселился немецкий военнопленный.