Паутина времени

Не знаю, как русские сумели вызвать подмогу – должно быть, замок они заняли еще до нас, поэтому та баба и не хотела нас пускать, - но они сделали это, это не вызывает сомнений. Подкрепление, конечно, странное – судя по всему, они вооружены слабо, больше пытаются прикинуться каким-то древним племенем, хотят сбить нас с толку, запутать… Я им не поддамся. И вам не дам раскиснуть – не хватало еще мне вытирать сопли двум трусам, прячущимся по углам! Живо автоматы на изготовку! Если эти твари не вооружены – пусть будет хуже для них, перебьем их всех до последнего!

Подчиненные отважного командира вновь переглянулись и неуверенно, но вполне синхронно, скинули с плеч ремни автоматов, беря их на изготовку.

Вступать в бой с неизвестным противником им не хотелось.

- Я пойду впереди, - бросил Нойманн, - И молитесь Богу, чтобы русские не воспользовались оброненным автоматом Гюнтера!

Гоц тихонько вздохнул. Ганс незаметно покачал головой. Оба они не были дураками и оба прекрасно понимали, что русские тоже не глупы и, имея под рукой брошенный автомат, безусловно пустят его в дело.

А еще они сознавали, что сейчас их врагами являются отнюдь не русские, что это действительно какое-то дикое племя, от которого ждать можно чего угодно и что командир в данный момент глубоко заблуждается.

В бой идти не хотелось совершенно. Хотелось затаиться и переждать, пока русские сами разберутся со вновь прибывшими, свалить все на их плечи, не рискуя собственной шкурой.

Сталхерц вскинул автомат к плечу и, приблизившись к лестнице, вытянул шею, пытаясь рассмотреть что-то внизу.

Словно в ответ на его любопытство по башне прокатился нестройный воинственный рев, более всего смахивающий на какой-то боевой клич, призыв атаковать и – не исключено! – тоже перебить всех до последнего.

Оба солдата, начиная подозревать, что добром для них вся эта авантюра не закончится, переглянулись в третий раз, однако, не видя иного выбора, осторожно последовали за своим командиром, дабы при случае прикрыть его.

Нойманн, бесстрашный, уверенный в себе и нацеленный, как обычно, на победу любой ценой, принялся медленно и мягко спускаться, даже не оглядываясь на спутников – он был убежден, что они идут за ним.

Шаг… другой… Ступени неспешно сменялись под ногами; все чувства были обострены до предела – попасть под горячую стрелу странных людей никому не хотелось.

Командир замер у изгиба лестницы – того самого, где недавно пряталась Тата, - и, дав знак подчиненным тоже остановиться, вновь выглянул.