Паутина времени

Пашка, которого в миг соприкосновения аппарата с каменным полом откровенно передернуло, немыслимым образом извернулся и сумел-таки освободиться от руки, зажимающей ему рот.

- Могли бы и поосторожнее, телефон дорогой вообще-то! – раздраженно рыкнул он, переводя неприязненный взгляд с одного из своих неприятелей на другого, - Вот теперь поднимайте, сдувайте пылинки, проверяйте…

- В святую воду! – прерывая его, приказал в категоричной форме тот человек, что продолжал удерживать его руки, - Это изделие дьявола, вода очистит его!

Парень, не с первого раза понявший, кого планируют опустить в святую воду – его или телефон, - и, наконец, сообразив, что речь о последнем, категорически воспротивился.

- Не вздумайте! Он же испортится, идиоты, это же последний айфон!.. – он осекся, сообразив, что этого сообщать как раз и не следовало.

«Святоши» переглянулись и, безмолвно придя к согласному выводу, что изделие и в самом деле сотворено дьяволом, занялись делом. Уронивший телефон человек осторожно присел рядом с ним на корточки (Пашка испугался, как бы он не заметил Райвена под алтарем) и, взяв мобильник полами длинной рясы, на вытянутых руках поднес его к алтарю.

«Бултых» с которым телефон погрузился в наполняющую чашу жидкость прозвучал для несчастного Пашки похоронным звоном. Он столько копил на этот телефон… он так мечтал о нем, так жаждал заполучить его, и вот, не успел еще даже толком попользоваться… Ну что за невежды, черт бы их побрал!

- Да в Аду вам гореть за такие фокусы! – раздраженно выпалил парень.

- В кандалы его, - бросил арбалетчик, - Пусть смотрит, как изжарится темпор. Потом придет и его черед.

* «Завтра» (нем.) (примеч. автора)

Глава 11

Вольфганг, напрягая мускулы, удержал дверь библиотеки, не дав ей распахнуться от сильного рывка и, убедившись, что повторять попытки проникнуть внутрь вновь прибывшие пока не собираются, быстро оглядел через плечо помещение.

- Фридрих… - негромко окликнул он, останавливая взгляд на приятеле, - Иди сюда.

Художник, привыкший за годы войны исполнять приказы беспрекословно, молча кивнул и, сдув с глаз челку, решительно приблизился к двери, перехватывая ее ручку из рук командира. Чувствовал себя Фридрих не слишком хорошо – голова у него болела, сердце сжимал страх, что это предвестник более сильной боли, что рана и в самом деле скоро вновь станет смертельной, однако, показывать этого экс-солдат не хотел.