Миры Отверженных.Таураан.

Зато вскочила Эрдэнэ и с теми же эмоциями, с которыми до этого выступала её бабушка, принялась что-то отвечать Иду. И закончила свою речь так же, как и шаманка - отвернувшись ото всех спиной, сев рядом со старухой.

Ид пожал плечами. – Она сказала, что её бабушка известная шаманка и она, как никто, умеет говорить с силами природы. Она знает, когда пойдёт дождь, о чём говорит ветер, и разве вам недостаточно того, что её слушается птица, которую все боятся. И если вы сомневаетесь, то тогда вы жестоко пожалеете об этом.

– Господи, прости, за что ты посылаешь нам такие испытания?! Есть ведь у нас уже язычник, так ты нам ещё и ведьму прислал в наш круг! За какие такие прегрешения, Господи?! – завопил молчавший до этого отец Дарион.

Тут неожиданно из травы вынырнул Бруно и с лаем бросился на грудь Неро. – Бруно, ну куда же ты, негодник, запропастился? Не смей так больше от меня убегать надолго. Мальчик схватил пса за лапы и обнаружил, что они были очень мокрые. Неро потрогал брюхо пса. Оно тоже было влажным.

- Ой, кажется, Бруно нашёл воду. Неро сказал это не очень громко, но это услышали все.

Через непродолжительное время все рассыпались по лугу в предполагаемом направлении, откуда вернулся пёс, и принялись искать столь желанный источник влаги. Родник оказался совсем рядом, и вытекал из-под скалы, но это было с противоположной стороны от расщелины. Родничок был маленьким, но достаточно бодрым и образовывал неглубокую, но широкую заводь, которая заканчивалась неподалёку от леса, подступающего к лугу.

Вода была кристально прозрачной и довольно прохладной, и ни у кого даже не возникла мысль, пригодна ли она для питья. Пили долго. А кто-то решил даже помыться и окунал голову в студёную воду.

Ольдих жадно пил, плюхнувшись почти всем телом в воду. – А ты знаешь, – сказал он Промиусу, – по-моему, ничего вкуснее этой воды я никогда в жизни не пробовал. Это, конечно, не вино из карфагенских подвалов, но сейчас я просто счастлив. Вот бы ещё хороший кусок мяса и я бы ….

Толстяк приподнял голову и увидел, как из леса к водопою вышла косуля и также принялась утолять жажду.

– О, Свянтовид, зачем ты так искушаешь меня? Ты посылаешь мне такой прекрасный кусок мяса, а из оружия у меня только ноги и руки, – толстяк забормотал в отчаянии.

Теперь уже три десятка глаз уставились на грациозное животное, мысленно рассматривая его в гастрономическом аспекте. Бруно, также увидев косулю, с визгом и лаем бросился к ней.