Хранительница ОверХауса

Теперь у нас это семейное, Ник заведует школой для мальчиков, я же, как и десять лет назад Школой для Одаренных девочек. Теперь это уже не Школа Ярких девочек, так как все будущие Хранительницы “живых” Домов были найдены нами. Почти все они в ближайшие годы закончат её. Но такой потенциал, что мы наработали за эти годы нельзя оставлять. Вот и забрали мы себе на обучение маленьких одаренных девочек. Как оказалось, сильных магичек также много рождается, что и десять лет назад. И особенно нуждались в обучении крошки из простых семей, у которых нет денег на платное обучение.

***

Наконец, ночная прохлада сменила жару над ОверХаусом. Мы с Домиником пожелали старшим детям сладких снов, а малышку Слави уложили в мягкую кроватку. Дети спали, можно и для себя выделить время… И мы наслаждались невероятным закатом на уютном балконе, примыкающем к гостиной в наших покоях.

— Как у тебя прошёл остаток дня? Удалось уговорить Могиана и Зевуса на обучение Доммианиса в твоей Школе? — тихо спрашивала я, нежась в объятиях любимого мужа.

— Да, всё получилось. Могиан сам настоял. Они создадут защитную татуировку на плече Домма, она будет сдерживать его божественную силу. Так что он будет учиться наравне с нашими мальчиками, — спокойно отвечал Ник, выписывая на моей руке замысловатые узоры.

— Знаешь, я беспокоюсь, что у Натана и Анны скоро подойдёт время отправляться за фамильярами. Как же мальчики будут учиться в Школе с ними? — задала я вопрос, что уже несколько дней беспокоил меня.

— На этот счёт не переживай! Во-первых, до учёбы больше двух месяцев, Натан сумеет подружиться со своим фамильяром. А во-вторых, я уже просил у Кэлливана на должность преподавателя сильного друида, который поможет им и с фамильярами, — объяснял мне Доминик всё то о чём он оказывается уже позаботился.

В который раз подумала, что судьба сделала нам прекрасный подарок, соединив нам вместе.

— Да и не забывай, Омистион, сам кого хочешь, научит общаться с фамильярами.

— Матушка Земля говорила, что память о прошлой жизни проснется у него к двадцати годам… Думаешь раньше? — озабоченно проговорила я, вспоминая поведение младшего кузена в последние месяцы.

— Уверен в этом! Взгляд у Омиста иногда чересчур взрослый. Думаю, началось это с момента его повторной встречи с фамильяром.