И остался только пепел

— Ну, раз вам нечего сказать, пора, — сказал князь.

Вдруг женский голос из толпы прорезал тишину:

— Господарь, разреши мне сказать!

Все вокруг стали оборачиваться на Исху. Вокруг нее почти сразу образовалось пустое пространство. Как-то неожиданно для самой себя она поняла, что это был ее собственный голос.

У Веренира расширились глаза. Что творит эта демонова ведьма? Он наклонился к Тройтану и что-то быстро ему зашептал. Князь кивнул.

— Говори, — разрешил он.

Она попыталась сглотнуть слюну, чтобы смочить ставшее вдруг колючим горло, но ничего не получилось.

Пришлось продолжать так:

— Господарь, я прошу простить мне такую дерзость, но мне кажется, произошла чудовищная ошибка.

Толпа тихо зашелестела. Исха собралась с мыслями и продолжила:

— Я была в плену у разбойников, когда господин десница вместе с дружиной разгромил их лагерь…

Гул вокруг стал громче. Женщине пришлось повысить голос. Тройтан терпеливо слушал.

— И этот человек, — она указала на того самого, который в лесу дал ей нож, — тоже находился в плену вместе со мной.

По ошибке его схватили вместе с другими негодяями.

Люди заохали. По площади прокатился полувздох-полустон.

— Это правда? — обратился князь к приговоренному.

Тот почтительно склонил голову и кивнул.

— Почему же ты не заявил о своей невиновности?

— При всем моем уважении, господарь, кто бы мне поверил? — мужчина еле ворочал языком, губы тоже были разбиты.

Тройтан вопросительно посмотрел на своего советника. Веренир кивнул и что-то шепнул в ответ.

— Освободите его, — приказал Тройтан.

Один из приговоренных к казни начал что-то возражать, но получил под дых от стоящего рядом стражника.

— Как тебя зовут? — снова заговорил князь.

— Йерскай, господарь.

— Что ж, Йерскай, приходи сегодня вечером в замок, тебя примут и выдадут золотую куницу за то, что ты пострадал безвинно. А пока — ты свободен!

Кажется, чудом избежавший смерти еще не до конца понял всего, что сейчас с ним произошло, но зрители ликовали. Не часто на глазах разыгрывается такая драма.

Мужчина поклонился князю и деснице. Слегка кривясь от боли при каждом шаге, он спустился с помоста. Толпа расступалась перед счастливцем. Поравнявшись с Исхой, он медленно и глубоко ей кивнул и затерялся среди людей. Они пропускали его, уходившего как можно дальше от страшного места.

Князь вернулся к своим обязанностям и закончил начатое. Разбойникам накинули на шеи петли. Через несколько щепок их тела задергались в агоническом танце.