Первый снег

– Мне же просто интересно зачем нужно столько? Ну, расскажи! Ты же меня любишь? – применила она коронный способ воздействия.

– Люблю, но не скажу, – донеслось после недолгого молчания. О-о-о, а он не сдался! Молодец! – Скоро всё узнаешь.

Посмеиваясь над спорами влюблённых, я пошла в их сторону.

– Ну и шумные же вы! – встретив добытчиков, я забрала сумки у Руфины и передала их Кассию. Кивнув с ним друг другу, мы разошлись. Я с ничего не понимающей девушкой в ближайшие кусты служащие нам местом для переодевания, а Кассий направился в лагерь.

– Майн, зачем это, – она ничего не понимала, а если не понимает, то всё мучить будет долго и упорно. Проверено на себе не раз.

– Лисичка, ты моя ненаглядная видишь у меня сумку? – она кивнула. – Так вот в этой сумке лежит вещь, что сразу же поможет тебе понять, что же мы задумали с Кассием. Хочешь её увидеть? – она опять кивнула. – Тогда закрой глаза.

Недовольство, промелькнувшее на её лице, быстро сменилось интересом, когда я стала раскрывать сумку, но я-то начеку так что мой строгий взгляд прервал подглядывания.

Руфина растерянно замолчала. Когда затянувшаяся тишина начала уже меня беспокоить я хотела было поинтересоваться, что с подругой, но она опередила меня:

– Это то, о чём я подумала?

– Да это платье.

– Я не это имела в виду! – повысила она голос.

– Ты не рада? – переживание от неудавшегося сюрприза начало накрывать меня.

– Да… то есть я рада, но почему вы меня не предупредили? – на глазах подруги проявились слёзы.

– И что это наша взрослая нюни развесила. Рада, так чего плакать? – попыталась я успокоить.

– Знаешь зайчонок ты и правда иногда ледышка, – улыбнувшись, подруга показала язык.

– Ах ты! – тревога начала отпускать, но возмущение не дало пропустить без внимания хоть и милое, но всё же никак мне не подходящее мне прозвище. – Прекрати называть меня так.

– А что хочешь быть обезьянкой?

– Сама ты обез… – осознание абсурдности ситуации накрыла неожиданно и, как оказалось, не только меня. Переглянувшись, мы рассмеялись.

Спустя несколько минут, когда, успокоившись, мы, наконец, приступили к действу, ради которого пробрались в эти кусты, я вспомнила, что кроме платья у меня есть ещё кое-что. Водрузив на голову подруги приготовленный сплетённый цветочный венок, я, подталкивая ее, вперёд привела на украшенный берег.