Обещанная дочь

Карамель избавила ее от этого позорного синяка?

— Почему раньше не сделала это? Все смотрели на меня, как…

— Я же говорила тебе, что истратила все силы. И кто меня слушал? — обиделась Карамель.

— Сильно я хотела тебя слушать после всего! — возмутилась Варя. — Когда ты восстановишь свои силы, то сможешь…

— Я не могу вернуть тебя обратно в твой мир, Варвара! — фыркнула Карамель.

Она поднялась в воздух, кружась над водой и оставляя за собой сверкающий хвост.

— Ты красивая… — вздохнула Варя.

— Ты считаешь, что я красива? — внезапно смутилась стрекоза и даже опустилась на пол.

Спрятав руки за спину, она принялась вычерчивать что-то на полу острым носком своей туфельки.

— Ты в зеркало не смотришься? — удивилась Варвара. — Или ты как упырь — не отражаешься в нем?

— Не смей равнять меня с этой тварью! — обиделась Карамель, и Варе оставалось только гадать, что за создание называли на этой земле тем самым «упырем».

— Неужели ты, пищалка, в себе не уверена? — хмыкнула Варя.

— Не твое это дело! — огрызнулась фея.

— Мое дело — возвращение домой. — Варя сложила руки на груди, и вода вокруг нее колыхнулась, играя ароматными лепестками. — Отвечай, почему не можешь вернуть меня? Ведь твоя сила восстанавливается.

— Нинкусс могут проникнуть в ваш мир, — начала деловито пояснять Карамель, прохаживаясь по самому краю купальни, — но ни один из обещанных не вернулся обратно. Невозможно это, и все тут.

— Что за никунс? — нахмурилась Варя, подавив желание искупать негодяйку в воде.

— Нинкусс! — поправила ее фея и взмахнула своей палочкой. — Так зовутся феи, что служат драконьему роду. Предки короля Идгарда веками защищали фей из Аделийских лесов и благоволили им, взамен мы одариваем их своей красотой и благодатью…

Глаза Карамели сверкнули. Она остановилась и посмотрела на Варю, задирая подбородок.

— Вот уж благодать-то… — покачала головой собеседница. — Но если можно было в одну сторону, то и обратно должна суметь переместить.

— Да что тебе так неймется, Варвара? Куда ты так стремишься вернуться? — возмутилась стрекоза.

— Домой! — выкрикнула Варя и поднялась во весь рост.

Карамель облетела ее вокруг, глядя на блестевшую от воды спину. Несколько темных синяков ярко контрастировали со светлой кожей, и фея, не понимая, вздохнула:

— Нет дороги обратно. Я, Карамелла Неистовая, не верну тебя, Варвара. Смирись.

Варя стиснула зубы.