Тени этого мира

Хозяйка! Я – хозяйка?

Я повернула голову и посмотрела на Матео, который поначалу обвел всех присутствующих тяжелым, пришпиливающим к земле взглядом, от которого все замирали и склоняли головы, а потом посмотрел на меня и хитро улыбнулся, а я с изумлением - на него. Потом перевела взгляд на присутствующих: все сидели, опустив глаза, кроме одной незнакомой мне молодой дамы, которая с улыбкой смотрела на нас с Матео.

-Таон ди Ревель – хозяйка? – услышала я вдруг голос Линуччи.

Девушка поднялась из-за стола и, дрожа от ярости, смотрела на меня.

-Эта… эта… которую ты взял, как добычу, Матео? Которую ее муж-ведьмак отдал потому, что она способна была рожать только девочек?

При этих словах все замерли, а Матео, посмотрев на Линуччу, взял мою руку, поднёс её к своим губам и поцеловал.

-Девочки ценный дар, - мягко сказал он, отпуская мою ладонь. – Его нельзя недооценивать, - а затем Матео поднял руку, выбросил ее вперед и Линуччу будто вихрь подхватил и вынес из залы, пронес по всей анфиладе и бросил на пол у огромной дубовой двери, за которой был, как мне показалось, выход на двор.

Затем Матео обвел всех взглядом, и произнес:

-Я бы хотел, чтобы ни у кого больше не оставалось сомнений относительно сиятельной.

Все молча склонили головы, опять же кроме одной единственной красивой молодой дамы. И я вдруг заметила, что Далия, которая опустила голову ниже всех, глотает слёзы. Матео повернулся ко мне.

-А теперь, сиятельная, позволь, я представлю тебе тех, кто сидит за этим столом.

Бернардино Амато ты знаешь, он моя правая рука. Граф Гаэтано Ферранте, - Матео небрежно указал на красивого молодого человека в пурпурных одеждах и граф Ферранте кивнул мне, а я кивнула ему в ответ. – Клаудио Кончини, Пьетро Банденеро и, - тут венецианец поднял голову и с улыбкой посмотрел на ту самую красивую молодую даму, которая совсем его не боялась, - графиня Пеллегрина Бонавентури, мой близкий и верный друг.

-Мы рады приветствовать новую хозяйку этого дома, - сказала в ответ Пеллегрина, - но позволь задать тебе вопрос, Матео.

Ведь госпожа Оливи, кажется, состоит в супружеских отношениях с Таон ди Ревелем.

-Пеллегрина, ты рассуждаешь, как человек, - ответил ей венецианец с улыбкой. – И всё время забываешь, что многие из нас – не люди. Мы верно служим герцогу и верно служим Папе. Но есть вопросы, в которых существа, подобные нам, не подчиняются установленным им законам. Это вопросы нашей личной жизни.