Тени этого мира

– Ты что, не выходила из башни?

-Нет, - ответила я. – К чему?

-Ты ещё более никчёмна, чем я думал, - ответил он, скривив губы, и подошёл ко мне.

Я смотрела на него и дивилась тому, что он не постарел ни на день за прошедшие десять лет. В то время, как я уже вовсе ни на что не похожа.

-Собирайся, - сказал он. – Ты уезжаешь отсюда.

Пеппа охнула, а я тихо спросила:

-Куда?

-Я отдал тебя венецианцу Матео д’Эсте, - ответил мне муж. – Хватит, пора от тебя избавляться. Сыновей мне от тебя не дождаться, а что до прочего, то тут ты ещё более никчёмна.

Я услышала, как тихо запричитала Пеппа.

-Отдал? Как это? – спросила я.

Я всякого могла ждать от мужа, но чтобы он меня отдал? Разве такое возможно?

-Ты ни на что не годишься. Ты даже не могла вовремя освободить меня от себя, - сказал мне Цезарио. – Посему я отдал тебя венецианцу. Я кое-что ему задолжал, - прибавил он неохотно, - и тот потребовал отдать мне тебя в уплату долга. Тебя в обмен на мои земли и этот замок. Зачем ты ему нужна, я не знаю, но это хорошая сделка, когда он увидит тебя, то поймёт, что сильно продешевил, и, верно, избавится от тебя.

-Как ты мог отдать меня? – это известие потрясло даже мой отупевший мозг. – Я же жена твоя, а не рабыня! Если я так наскучила тебе, лучше бы ты убил меня!

Я увидела в глазах Цезарио интерес:

-Вот как? Впервые вижу, чтобы ты так разгорячилась, жена! Ты ждала смерти и надеялась на неё? Так ты её не получишь.

-Но кто он такой этот венецианец? – крикнула я. – Кому ты отдал меня? Он тоже ведьмак?

Но вместо ответа мой муж произнёс:

-Собирайся, завтра я прикажу воинам сопровождать тебя до подножия горы. Там тебя уже ждут люди венецианца.

С этими словами он вышел, а я обернулась к Пеппе:

-Ты слышала? Пеппа!

-Да, госпожа, слышала!

Добрая Пеппа плакала, глядя на меня.

-Кто такой этот венецианец? Как мне это узнать? Уррака может знать?

-Я побегу к ней! – крикнула Пеппа.

Впервые за много-много времени меня охватило волнение. Пеппа убежала, а я принялась ходить по своим покоям. Я вдруг увидела, что в окне небо совсем голубое; что гобелен на моей стене выцвел от времени и прежде насыщенный винный цвет потускнел; что мои туфли давно уже требуют замены, ибо стёрлись. Я почувствовала, что в моей жизни происходит что-то, чему пока нет названия.