Очерки истории Ларес

– Возьми себе, смотри конечно на него сколько хочешь!

Музыкант улыбнулся, глядя на голубоватый призрачный свет, разливающийся от лучистых граней.

- О нет, нет, - сказал он, однако. – Не оставляй его мне, он пропадет, я слишком слаб, чтобы сохранить его.

- Как же он пропадет, если это слеза богини? Пусть остается с тобой, он защитит тебя.

Он оставил другу алмаз и ушел в поле вместе с жителями.

*

До вечера они работали в поле, месили ногами глинистую жижу земли, а тучи тихонько моросили и ветер дул пронзительно, вылетая из-за высокого горного склона.

Вечером он вернулся и увидел, что больной лежит, закрыв глаза, чуть касаясь рукою камня, лежащего прямо перед ним. Казалось, он спал очень спокойно. Казалось, что ему лучше. Сариэ прислушался: дыхание его было ровным. Но он сразу открыл глаза и вновь улыбнулся слабо навстречу другу. Он вовсе не спал, а пошевелиться не мог. Тот же принес ему в миске горячую похлебку и кормил его осторожно из деревянной плоской ложки.

Так было и на следующий день, и через день. Фриу-Фриу лежал и смотрел на камень, и словно бы цвета добавлялись к его отсвечивающим бледным вечерним небом глазам. А Сариэ ходил с жителями работать в поле, и они хотели, чтоб он работал больше, и смотрели на него больше, чем делали что-то сами, потому что верили, что если он вспашет их землю, она даст им лучший урожай, а если поставит забор, он дольше простоит, а если у овцы роды примет, ягненок за зиму не умрет.

А потом что-то странное произошло, потому что морось вдруг исчезла и воздух стал свежим, хотя тучи по-прежнему висели над горами. Но погода поменялась, и как-то как будто бы дышаться стало легче.

- Ветер изменился… - сказал старейшина, длинный тощий старик, глядя пристально на гору, из-за которой выглядывал луч света.

Сариэ поднял голову и стер пот со лба, тоже посмотрев в ту сторону. Ветер изменился – это хорошо. Если только надолго – это правда давало жителям надежду на лучший урожай.

*

Когда он вернулся к сараю, даже когда только подходил к нему, что-то странное его остановило, странный звук. Он вслушался и понял – тихий-тихий звук флейты.