Волчий лес

Он вечно роль свою принижал и … как это по-умному? … А! рефлексировал через меру. Если бы вы побывали в тех заварухах, что были мы – когда из пятнадцати человек возвращалось шестеро и начальство не ругало, а хвалило – то я бы посмотрел на всех присутствующих. А Палий сам под клыки, проклятья и ножи лез, а подчинённых выводил. У него все раны уважаемы и оправданы».

В этот же раз, прибыв на побывку домой и рассказывая с друзьями о службе, ему было не просто приятно, а упоительно. Подопечная его матушки, ловила каждое слово, постоянно спрашивала и давала невероятное ощущение важности и геройства, что в какой-то момент даже за меланхоличным Лертоновым стала замечаться приукрашивание реальных событий.

Однако, понаблюдав со стороны, мужчина понял, что Варвара отнюдь не с ним одним она ведёт себя подобным образом. И с Унтовым, и с Анна Петровной, и с сёстрами его, и с Палием, и даже с тем бесом, что служит больнице – все встречавшиеся ей люди и нелюди были удостоены самой внимательной слушательницы, которую только могли представить.

Скорее уж девушка, начавшая жить с чистого листа, формировала для себя представление о том, что есть что в новой реальности.

Они виделись по утрам, когда ещё большинство и не думало вставать из тёплых постелей. Дмитрий Дмитриевич никак не мог понять, что заставляет Варю ставать в седьмом часу и сидеть в саду, глядя на плотный строй леса. Врываясь в её одиночество, он вовлекал девушку в беседу, тоже стараясь помочь воскресить воспоминания.

В утро после полнолуния, мужчина не стал ложиться на боковую.

Сон не шёл ни в один глаз, а сил казалось хватило бы на три войны с турками. Дмитрий выглянул в окно, выходившее на лес и сад, но никого в нём не увидел. Он намеревался получить объяснения, которые ждали все члены их семьи, о причинах отсутствия подопечной на волчьей поляне, но порыв откладывался до обеда, и осуществлять его, по-видимому, будет не он сам.

- Афанасий Никитич, - позвал мужчина домового, точно зная, что тот услышит, в какой части дома он не находился бы, - а поставь, пожалуйста, чаю.

Дмитрий закрыл свою дверь, которая на прощание слегка скрипнула, и прислушался. Коридор второго этажа словно был тих. Проходя же мимо девичьих спален, мужчина, как днём, услышал голоса из комнаты Елизаветы и даже успел подумать: «Как хорошо – как в детстве сплетничают». Не имея привычки и воспитания вторгаться в чужие беседы, Волков уже было прошёл мимо, но остановился, схватившись за край перил.