Странствующий Оруженосец

Я просто спала все это время, — ответила она слегка осипшим и непривычно тихим голосом, и в полумраке Мишель сумел разглядеть улыбку. С трудом сдерживая забившуюся в груди радость, он осторожно спросил:

— Ты помнишь, о чем мы говорили?

— Конечно, помню! — Анна коснулась его рукава, и он с готовностью сжал ее руку в обеих ладонях. — Дай мне слово, ты не обидишься на меня за то, что я тебе сейчас скажу.

— Анна, ты же знаешь, я никогда на тебя не обижаюсь! — воскликнул Мишель и опять почувствовал тревогу.

— Недавно ко мне заходила Матильда.

Она как-то странно себя вела, как будто знала некую тайну обо мне, и боялась выдать свою осведомленность — улыбалась, хихикала, вздыхала, говорила, что я теперь ее брошу, наша дружба окончена... Я никогда не видела ее такой!.. В общем, я выпытала у нее эту тайну. Оказалось, она видела нас вместе, заглянула в комнату, когда мы спали, обнявшись. Ты понимаешь, о чем она подумала?..

— Догадываюсь, — прошептал Мишель, замирая от безумного предчувствия, которое тут же и сбылось.

— В общем, — Анна опустила голову, но тут же резко вскинула ее, глубоко вздохнув: — Я совершила кошмарную глупость, нелепость... Сказала ей, что ты просил моей руки, и я согласилась... Я в одночасье превратилась в полную дуру!.. Ты простишь меня? И что теперь делать?

— Что ж, если у дураков мысли сходятся, то значит и со мной случилось это несчастье, и я растерял весь свой разум, — проговорил Мишель, едва справляясь со смехом.

— Что ты хочешь этим сказать?

— А то, что я утром просил у сира Рауля твоей руки, и сегодня за ужином будет объявлено о нашей помолвке.

Обоим больше ничего не оставалось, как от души рассмеяться, избавляясь от сомнений, мучивших их весь день.

— Мишель, ты уверен, что все это — правда? — спросила Анна, утирая длинным концом рукава выступившие на глазах слезы.

— Что именно?

— Мы действительно хотим этого или стараемся только защититься от клеветы и сплетен? — Анна, потянув Мишеля за руку, медленно пошла по коридору к лестнице. — Я помню каждое сказанное тобой слово, и я действительно хочу перемениться, все, как ты говорил — так красиво и убедительно.

.. Но я еще не совсем готова... Такое не происходит сразу .Понимаешь?

— Конечно, — ответил Мишель. — Я не хочу принуждать тебя. В любом случае у тебя будет время подумать и разобраться во всем самой, ведь завтра на рассвете я уезжаю. А помолвка... Это же просто договор, обещание, время на размышления. Мы ни к чему друг друга не обязываем, ведь так?

— Так...