Странствующий Оруженосец

— Так, где, ты говоришь, дядюшка? — переспросил он Жака.

— У себя в покоях лежит, говорю, цирюльник над ним колдует, — посетовав на то, что его, оказывается, совсем не слушали, Жак покачал головой и добавил: — Так мне распорядиться насчет завтрака?

— Потом, Жак, потом, — Мишель встал и вручил ему кувшин с вином и недоеденный кусок мяса. — Отнеси это...

Поднявшись по лестнице на второй этаж и подходя к дверям спальни дядюшки, Мишель обдумывал, с чего бы начать разговор, и вдруг опять пронеслось странное дуновение, и горло сжала на миг ледяная тоска.

Едва он собрался постучать, как высокие двустворчатые двери отворились, и из спальни вышел невысокий лысоватый человек, в вытянутых руках с закатанными по локоть рукавами он держал глубокий медный таз, которым едва не задел Мишеля, успевшего вовремя отскочить в сторону. Вслед за ним потянулся шлейф неприятного запаха, который, когда Мишель вошел в зал, усилился настолько, что у него перехватило дыхание, и пришлось зажать нос.

Сир Рауль полулежал в постели, облокотившись на гору подушек, возле ложа стоял столик, заставленный склянками, маленькими деревянными бочонками и еще какими-то непонятными приспособлениями. В первую очередь Мишель обратил внимание на ступни барона, забинтованные несколькими слоями ткани, сквозь которую проступало что-то коричнево-черное. Нечто подобное находилось и в тазу, стоявшем на полу рядом с кроватью. Очевидно, именно эта жижа и испускала зловоние, от которого Мишеля уже начало тошнить.

Слуга, открывший дверь вышедшему лекарю, поклонился Мишелю и, вместо ответа на его вопрос, может ли крестный принять его сейчас, обратился к барону:

— Баронет сир Мишель пришел и спрашивает, можете ли вы его принять?

Сир Рауль, обернувшись на дверь и увидев Мишеля, помахал ему рукой, приглашая подойти:

— Мишель, дорогой мой, входи, не стесняйся. Запах тут, правда, не для благородных ноздрей... Бернар, открой-ка ставни, а то мы сейчас задохнемся!

— Но сир, — начал было слуга таким тоном, будто в сотый раз объясняет непослушному ребенку прописные истины, — я же сам слышал, как сир де Бариллет просил вас, чтобы вы во всем слушались его врачевателя, а он настоятельно требовал избегать сквозняков, иначе болезнь ваша.

— Иначе я умру от этой вони прежде, чем от подагры! — раздраженно перебил его сир Рауль. — А ну выполняй, что тебе приказано! Спорит он еще со мной!..