Морская инквизиция: От моря до моря

Закрыв на мгновение глаза, и крепко зажмурившись, я снова их открыл, надеясь, что картина изменится. Но ничего не изменилось. Та же страшная, до жути, древняя старушенция, старый моряк, да убогая в своей древности пристройка, жмущаяся к старой каменной стене.

Хотя, нет, изменилось. В маленьком очаге запылал огонь, слабо осветив окружающее пространство.

- Он пришёл и с миром, и с болью, но этого не видно. А нам подарил маленький лучик счастья.

- Он смог подарить морякам счастье? – обернулась ко мне старуха, уставившись своими бесцветными глазами.

Меня поневоле пробрала дрожь.

- Да, он дал нам возможность снова почувствовать себя молодыми и беззаботными, подарил смех и удовольствие. Я никогда не видел столько красивых женщин.

- Женщин?

- Да, он создавал их из воды и заставлял танцевать нагими, вертясь вокруг водяного шеста.

- Интересно, так ты умеешь чувствовать? – и старуха, выпрямив свою ладонь поднесла её к моей груди. Я отшатнулся, но был, словно магнитом, притянут обратно к её очень маленькой, но магически сильной ладошке.

- Да, я вижу. Что же, я посмотрю и помогу… советом.

Старуха отвернулась и поставила на огонь махонький котелок, в который едва помещалась кружка воды. В скором времени вода задымилась паром, и поглотила друг за другом несколько лепестков роз, горсть семян, щепотку пряностей, тёмную смолу и слюну старухи, которая, не стесняясь, с силой плюнула туда.

Взметнулся белый пар, хорошо видный в темноте, закружившись вокруг её головы, а потом, словно змея, бросился ко мне, застав врасплох.

Тоненькая струйка лентой обвилась вокруг моей головы. Легкий шум возник в ушах, и теплота легко ощутимого нежного дыхания начала мне мерещиться в этом тумане, сквозь который ничего не было видно.

Страха не было, сердце билось абсолютно спокойно, а магическое ядро словно увеличилось в размерах. Размотавшись, дымок потянулся обратно и бессильно упал в дымящуюся паром воду, быстро его поглотившую.

Старуха снова взмахнула рукой и новый пар, уже не белый, а словно мерцающий нереально красивым, словно перламутровым светом, метнулся вверх и потёк ней.

Три раза обвившись вокруг неё, он растаял в воздухе, оставив после себя только маленькие блёстки, постепенно угасавшие в мягкой темноте.

Я почти не дышал, старый моряк от испуга и удивления громко пукнул в своём углу и, побурчав немного недовольно животом, затих. А старуха, сморщившись, как от вкуса лимона, проговорила своим девичьим голосом.

- Твоя дорога далека, но быстра. Нелегка и изменчива.