Сделка с ветром

В тишине комнаты было слышно прерывистое дыхание Вэйда, особенно когда ему становилось хуже. Его сердцебиение усиливалось и не всегда было ровным, холодный пот приходилось протирать несколько раз в час, а бледность порой становилась даже пугающей. Он очень близко приблизился к Закату. И если раньше у Роугана еще были вопросы о действенности амулета, то после всего произошедшего он обязан был поверить в эту защиту. Вэйд ведь держался весьма бодро все то время, пока амулет был на нем, и рухнул без сознания всего через три минуты, как его снял.

По крайней мере, для Ириды это было весьма наглядной демонстрацией.

К полуночи Роуган все же открыл глаза. Он выглядел не намного лучше, чем несколько часов назад, когда Бьянка паниковала рядом с ним в коридоре.

- Неожиданно… - хрипло прошептал мужчина, когда рассмотрел размытый силуэт около своей постели.

Девушка повела головой, оборачиваясь на тихий голос, и сомнения исчезли. Осанку и движения своей гостьи Вэйд уже узнавал, пусть образ и плыл немного.

Это была Ирида. Она была одна, сидела явно не первый час, дежуря у кровати в непростое для герцога время. Однако самым удивительным для него было другое.

- Признаюсь, я был уверен, что не увижу вас поблизости в ближайшие недели три, - слабо улыбнулся Роу так, словно осознавал насколько сильно выводил из себя девицу. - А вы здесь, - мужчина медленно прикрыл глаза.

- Здесь, - тихо подтвердила Ирида, подаваясь ближе.

Вэйда следовало бы обтереть, на его коже опять выступила испарина, но прикасаться к мужчине теперь, когда он пришел в себя, Моран не рискнула бы.

Он пришел в себя. Значит лечение помогло и опасность для жизни герцога миновала. Эта мысль успокоила ведьму.

Вэйд между тем, подержав глаза закрытыми несколько секунд, чуть зажмурился и открыл их. Этим он заменил привычный жест руками - поднять хотя бы ладонь было просто невозможной задачей из-за смертельной слабости.

- Не вижу в ваших глазах триумфа, - снова привычная ухмылка появилась на лице Вэйда.

Ирида нахмурилась, не понимая этого человека. Он побывал на пороге гибели, его голос был едва слышен, лицо выглядело невероятно бледным, но язвить мужчина не переставал. - Я за свои действия наказан. Где же нравоучения о том, что нельзя быть таким дрянным человеком?

Под конец фразы его голос совсем сел, и Вэйд сдавленно закашлялся. С пересохшим горлом и слабостью от потери крови говорить было весьма сложно, но он не мог упустить эту возможность.