Трещина в камне

Доминик тяжело вздохнул и сочувственно посмотрел на Эггеранта.

– Позволь спросить, какой твой alius?

– Я не знаю, – быстро и вполне искренне ответил юноша, но потом призадумался. В памяти начали всплывать образы. – Во время последней битвы я победил рыцаря. Я сделал его стариком. А потом копье моего противника, оно сгнило. И башня рухнула из-за меня. Вместе с Гильметиной.

Эггерант закрыл глаза. Гильметина... Разумом рыцарь понимал, что погребенная под обломками башни девушка не могла остаться живой. Но в сердце жила надежда, что Гильметина пережила падение.

Если бы не эта надежда, Эггерант бы не знал, как жить с чувством вины за девушку, которую он любил и погубил.

– Я – разрушитель, – добавил молодой рыцарь после длительной паузы.

Доминик выждал немного, прежде чем спросить:

– Ты же ведь рыцарь, не так ли?

– Да, как вы догадались?

– Золотые шпоры. Новые. Тебя, видимо, совсем недавно посвятили в рыцари.

– Несколько дней назад, – подтвердил хмурый Эггерант.

Теперь Доминик понял, почему юноша так резко переживает открытие своего alius.

В его жизни и так недавно случились перемены, те, что он долго ждал. Откройся alius через год-другой после посвящения в рыцари, наверняка все проходило бы не так тяжело, как сейчас. Молодой рыцарь также назвал имя девушки. Ох, ничто так не усложняет принятие своего alius сильнее, чем влюбленное сердце.

– Ты же давал клятву, когда становился рыцарем, – заговорил Доминик. – Наверняка ты клялся быть мужественным, защищать слабых, бороться против зла.

– Я не уверен, что смогу сдержать свою клятву, будучи разрушителем, – ответил Эггерант, понимая, на что намекает монах.

Доминик решил, что не стоит дальше давить на молодого рыцаря. Юноша устал, расстроен. У него еще будет осознать и принять все, что с ним недавно произошло.

– Ты можешь оставаться в монастыре сколько захочешь. Но не торопись с отъездом. Здесь ты в полной безопасности и сможешь спокойно учиться контролировать свой alius. Это важно, если ты, следуя данной тобой клятве, не хочешь никому навредить.

А сейчас я тебя оставлю. Отдых нужен даже бессмертному телу.

Проснувшись, Эггерант не захотел вставать. Он не понимал, для чего ему это делать. Что он найдет за пределами выделенной ему комнаты? Рыцарь просто лежал и невидящим взглядом смотрел в стену. Он ни о чем не думал, ничего не хотел.

В таком состоянии его и застал Доминик, обеспокоенный тем, что как-то подозрительно долго спит его гость.