Трещина в камне

Эггерант недоуменно уставился на нее.

Alius.

Было в этом простом и красивом слове что-то неуловимо знакомое и одновременно пугающее. Эггерант призадумался. В памяти начали постепенно всплывать события давно ушедших дней. Тайный проход, подслушанный разговор, мечты Гильметины стать alius. Но кто эти alius?

Гильметина заметила, что Эггерант не понимает, о чем она говорит. Девушка громко хмыкнула.

– Ты забыл, – с досадой в голосе сказала она. – Забыл. Получается, ты забыл не только меня. Я все эти годы жила с мыслями о тебе и об alius.

Она резко развернулась и пошла прочь.

– Гильметина, – Эггерант бросился за ней. – Остановись! Прошу тебя.

Он нагнал ее на лестнице и, схватив за локоть, затащил в комнату.

– Гильметина, кем бы я ни был, это никак не меняет моих чувств к тебе, – заговорил было Эггерант. – Я люблю тебя.

– Твои чувства – возможно, но не все остальное, – закричала Гильметина. – Ты alius. Ты никогда не постареешь. Ты всегда будешь таким же молодым и прекрасным.

– Я буду с тобой до конца. Я клянусь, – убеждал ее Эггерант.

– Не клянись. Не надо, – отмахнулась Гильметина. – Я не хочу до своего последнего дня смотреть на себя и думать о том, что я не могу получить.

– Гильметина, я не понимаю, – пробормотал растерянный Эггерант. – Я смогу дать тебе все, в чем ты будешь нуждаться.

– Это была моя мечта, – из глаз Гильметины брызнули слезы. – Моя! Это я хотела быть alius с того момента, как я про них узнала. Это был мой шанс иметь что-то большее, чем скучную и бессмысленную жизнь чьей-то жены.

С перекошенным лицом, трясущимися от начинающейся истерики губами Гильметина толкнула Эггеранта в грудь. Толчок отозвался болью в раненом плече. Эггерант не обратил внимания ни на боль, ни на приятное покалывание, что начало пульсировать вместе с его сердцем. Он смотрел на Гильметину и хотел найти слова, чтобы успокоить ее. Но ничего в голову не приходило.

– Ты украл мою мечту! – повторила Гильметина, снова толкая его.

Эггерант пятился. Покалывание в груди усиливалось. Оно перекрыло даже ноющее плечо.

Ни один из них не заметил, как с потолка начала сыпаться пыль.

– Ты украл! Украл! – верещала Гильметина.

Эггерант услышал жалостливое поскрипывание деревянных балок, но сообразил, что происходит, только когда Гильметина вытолкала его обратно на лестницу.