Осколочные

Или Земли? Нефилим окончательно запутался.

Но, так или иначе, у его ноги трётся чёрно-белый комочек шерсти. Янтарные глаза поблёскивают в темноте. Вокруг изящного носа топорщатся тоненькие прозрачные травинки. Невозможно не узнать редчайшее на всей земле создание. В пустынях и лесах есть тигры, львы, рыси… но их уменьшенное подобие он видел только при дворе госпожи Аэдель, наследницы великой Циллы, что изобрела красители для лица. Почему она так ценит Княгиню? Из-за редкости. И это животное не вывели придворные мудрецы, потому когда оно пропало, Аэдель так опечалилась.

– Ну-ка иди сюда…

Однако зверёк ловко ускользает от нацеленных на него ручищ. Нет, Туар часто дрался и с ловками противниками, но такой сноровки не было ни у кого из двуногих. Он чувствует себя неповоротливым кабаном, носясь за чёрно-белым комочком по лесной поляне. Зверёк убегает в заросли папоротника. И возвращается не один.

Спутник чёрно-белой беглянки похож на неё. Он такой же крошечный. Только шире на вид, а шерсть у него чёрная с рыжиной, как затухающий костёр.

Два комочка трутся мордочками. Они издают не привычное «миу-миу», а что-то вроде «фрр, фрр». Похожим образом ведут себя людские мужчины и женщины перед тем, как лечь на одно ложе.

– О, Княгиня. Так это твой Князь.

Великан улыбается. Огненно-чёрный Князь выступает вперёд. Туар хочет расхохотаться, как бывает от ведёрка перебродивших ягод. Мужчины защищают своих жён, это понятно. Но что ему сделает эта букашка?

– Дай-ка сюда свою подругу… она нужна Аэд… госпоже Аэдель.

Нужна этой гадине паршивой, но что поделать – приказ.

Четвероногий защитник будто понимает человечий язык. На его мордочке проступает чёткое «нет».

Туар знает, что звери боятся тех, кто крупнее их. Потому удар когтями становится для нефилима неожиданностью. Естественно, противник не сдирает ему и верхний слой кожи. Великан пытается прихлопнуть зверька, как муху, но бьёт себя же по плечу. Наверное, при этом он выглядит слабым на голову.

Этот бой сам по себе похож на вымысел безумца.

Сложенный крепче медведя здоровяк раз за разом упускает возможность раздавить существо длиной со свои два пальца. А затем начинается что-то невообразимое. «Князь» бросается на обидчика своей «жены», метит великану в глаза. Царапинки заживают на Туаре вмиг, но он устаёт, злится. Будто чёрно-рыжая тварь находится под опекой кого-то… кто больше всех.

– Элу! Элу! – неожиданно для себя кричит Туар к небу и бессильно падает на колени.