Удар милосердия

Дверь открыли, не задавая вопросов, из чего можно было заключить, что либо привратник слишком беспечен, либо в двери имеется замаскированный глазок.Когда Джаред увидел привратника, то отдал предпочтение последнему выводу, поскольку узнал.Его звали Мейде.Он служилЛабрайду, когда Джаред жил в Скеле, и в беспечности его никак нельзя было упрекнуть.

При виде Джареда он не выразил удивления. Кивнул,посторонился, пропускаягостя,вытащил из кошелька монету и бросил провожатому. Тот спрятал денежку,даже не попробовав ее на зуб, и насвистывая,пошел обратно.

Надо думать,имел возможность убедиться, что здесь платят честно.

Мейде затворил дверь и стал подниматься по лестнице. У него не было при себе ни свечи,ни факела, но из-заприоткрытой двери в кухню пробивался свет, и слышно было, как двигают посуду - значит, Мейде был не единственным слугой сего дома.

За лестничным пролетом открылась просторная комната.Здесь было не так темно - окно против входа было открыто, и в неговливался последний сумеречный свет.Лабрайд стоял у окна, но заслышав шаги, повернулся.

Он не слишком изменился с тех пор, как Джаред видел его в последнийраз, однако в его черных волосах появилась седина, и он отпустил короткую бороду, тщательно выбритую вокруг губ - наверное, такова была столичнаямода. На нем был длинный свободный домашний кафтан, отороченный куньиммехом. За спиной Лабрайда Джаред снекоторымудивлением увидел свинцовые воды Трима и темные башни Старого Дворца.

Окна дома выходили на реку.

-- Приветствую тебя, - сказал Джаред.

Лабрайд слегка склонил голову.

-- Я рад тебя видеть. Наверное, проголодался с дороги?

-- С голоду не умираю, но от угощения не откажусь.

-- Не возражаешь, если мы поужинаем здесь?

-- Какой разговор!

-- Мейде, возьми у господина Джареда сумку и покажи ему комнату. Джаред, я тебя жду.

Такая манера встречать гостя могла бы показаться излишне сухой и лишенной радушия.И в этом Лабрайд не изменился. Он не был склонен к выражению чувств,но при этом гость в его доме всегда встречал отличный стол и удобный ночлег.

Так было и сейчас.Когда Джаред вернулся, окно уже закрыли ставнями, и горели свечи - на поставцах, увенчанными резными башенками, в миниатюре напоминавшие соборные,на столе, бросая манящий отсвет на блюда с рыбой в винном соусе,бараниной на вертеле и пирогами с голубями. В кувшинах было фораннанское и скельское.

-- Если хочешь, можно принести пива, - сказал Лабрайд, - В Тримейне недурное пиво, даже при дворе им не пренебрегают.