Удар милосердия

Матфре, изображавший палача, накинул на шею Дагмар петлю и принялся старательно душить. Но не успела еще публика прийти в себя от ужаса, как последовало справедливое возмездие. Черти - братья Гиро и Баларт - потащили злую царицу в ад, чем, к общей радости, представление и закончилось.Обычно его завершала общая пляска,но теперь церковный совет это запретил. Что ж, раз так,Диниш велел Дагмар и Зике и не высовываться.Нечего им отвлекать публику, пока "черти" с шуточками и гримасами будут собирать деньги. Матфре тем временем уберет в повозку задник, трон и прочее барахло.

К закату повозка вернулась на Южное подворье. Диниш, успевший по дороге избавиться отдлинной накладной бороды царского советника, пошел договариватьсяс хозяином насчет вечернего представления. Там, как и ожидалось,требования были обратны желаниям церковного совета. Пляски, музыка, и никаких назиданий.

Вернувшись во двор, он застал Дагмар у бочки с водой. Она сменила наряд святой на старое холщовое платье. Сняла черный парик и смывала с лица белила и уголь.

Всякий знает, что святые, знатные дамы и влюбленные девицы должны иметь золотые волосы и голубые глаза. Черные волосы (а у мужчин также и бороды) пристали только злодейским персонажам, а рыжие - предателям. Но Дагмар настояла на том, чтобы надеть черный парик и обвести глаза широкими черными полосами. И - странное дело -в этом облике она удерживала внимание толпы сильнее, чем любая другая актриса на памяти Диниша. Он уже перестал с ней спорить. Но его порой зачаровывало, если не пугало, когда она избавлялась от грима.

Женщина, мужчина, чертовка, святая, неважно кто : персонаж, полный жизни и огня, в реальность которого успел поверить, исчезает,и на твоих глазах из под него проступает - нет, не другой. Никакой. С картины стерли краски, остался непрорисованный холст.

Диниш неотличался красотой даже в молодости - у него были торчащие скулы и приплюснутый нос.Но его это не смущало. Он любил говорить, что не смазливая рожа, а рост и голос делают актера. Может быть,к актрисам это было не вполне применимо,но.

.. Рост у Дагмар был подходящий, голос богатый, а облик совершенно бесцветный. Когда Динишс ней познакомился,она была еще более "никакой", чем теперь. За годы бродячей жизни она хотя бы загорела, а раньше кожа ее казалась такой же тусклой, как глаза и волосы.

Она утерла мокрое лицо рукавом и сказала в пространство:

-- Чтоб я еще раз стала произносить эту чушь...

-- Сколько раз я слышал от тебя такой зарок...

-- Возможно.